«Уруми танцует вместе с твоей кровью, и иногда пьёт её», — говорил Кашияр. Мои руки и тело покрылись шрамами от собственного оружия, но упорство восхищало даже видавшего многое наставника. Уруми превращало движение в смерть, став смертоносным оружием, которое так легко спрятать.
Гаврила с восхищением смотрел на меня, даже не подозревая о буре воспоминаний, пронесшейся в моей голове.
— Вы знаете много необычного оружия, воевода, — произнёс он уважительно. — Может, когда-нибудь… вы и меня научите чему-нибудь? Не сразу, конечно, я понимаю.
Я окинул взглядом его крепкую фигуру и цепкие глаза, заметив твёрдость в его характере. Не каждому дано освоить путь гибкого меча, но этот парень имел потенциал.
— Возможно, — кивнул я, — но начнём с основ. Уруми требует подготовки и дисциплины. Возможно, тебе по руке больше придётся иной вид оружия. Я знаю многое… Проверим, когда представится возможность.
Мы торопливо шагали по ночному городу, приближаясь к центру. Купеческая улица находилась в трёх кварталах отсюда.
Эта передышка позволила мне сделать единственный звонок.
Я внимательно осмотрел свою одежду, убеждаясь, что на ней не осталось явных следов недавнего боя.
— Сейчас нам предстоит более сложная схватка, — сказал я спутникам, — потому что действовать придётся быстро и аккуратно. Нельзя, чтобы враги успели убить отца. Будьте готовы ко всему.
Мои спутники синхронно кивнули.
— Ясно, воевода.
— Мы не подведём.
Перед нами вырастали богатые фасады домов и лавок.
Вдалеке пронёсся автомобиль. Где-то процокали подковы одинокого всадника.
Купеческая улица встретила нас вечерней тишиной и тусклым светом уличных фонарей. Лавка Белозёровых выделялась среди прочих строений массивной вывеской с изысканной каллиграфией и витринами, заставленными рулонами дорогих тканей. Быстрый осмотр открыл следующую информацию: двухэтажное здание с каменным фундаментом имело два входа — парадный с улицы и служебный со двора.
— Федот, Гаврила, — я указал на узкий проход между домами, — идём через чёрный ход.
Оружие наготове.
Мы быстро обогнули здание и оказались перед небольшим внутренним двором, огороженным коваными решётками. У служебного входа увидели охранника, докуривающего последнюю затяжку. Он щелчком отбросил окурок и шагнул внутрь.
Ускорившись Воздушным шагом, я рванул вперёд.
Несмотря на всю обретённую прыть дверь закрылась перед моим лицом, но меня это не остановило.
