Но фруктовые оттенки приятно оседают на языке. Мужчина не отдает мне кружку, отводит мои руки в сторону. Ворчит что-то, но я не понимаю его.
– Вот так, - фыркает беззлобно, удобнее устраиваясь на кровати. Тянет меня на себя, позволяя улечься. – Не спи, пташка, ты ещё не всё выпила. Предписание врача.
– Врача? Точно. Мне нужно в больницу.
– Не нужно.
– Но я болею. Нужно обследоваться. А если малыш…
– С ним всё нормально. И с тобой тоже будет. Хотя за твою задницу не ручаюсь.
– При чем тут она?
– Отходить бы тебя ремнем, за всё.
Поверь, с наслаждением бы это сделал. Почему ты не сказала, что плохо себя чувствуешь? Жар из неоткуда не берётся.
– Со мной всё было нормально. А температура – ничего страшного. Она бывает повышенной, у беременных. Я не думала…
– Я вижу, что не думала. Твоё любимое занятие.
Обиженно соплю, стараясь отодвинуться от мужчины. Он ещё обижать меня будет! Я даже не поняла, как заболела. Всё было нормально, когда мы… После нашего секса. Я лишь отправилась спать, а после всё расплывчато и непонятно.
Словно сквозь дымку сна.
Хорошо меня накрыло, если я ничего не соображала. И думала, что Саид хочет минет вместо того, чтобы напоить меня. Об этом я никому рассказывать не буду.
– Но мне нужно к врачу, Саид.
– Врач уже был, и не один. Ты не помнишь?
– Не очень, если честно. Не помню, чтобы мы выходили из дома.
– Потому что врачи приезжали сюда. Осмотрели тебя, поставили диагноз и свалили до того, как я их прихлопнул.
– За что?
– Вылечить тебя не могут. Сказали, что пока нельзя тебе ничего давать из-за беременности.
Фигню всякую посоветовали и сбежали. Сказали, что если не полегчает скоро, то нужно будет везти в больницу. И решать сохранять ли беременность. Жаропонижающее и таблетки могут плохо сказаться на плоде, как и вся твоя болезнь.
– Пусть себя везут!
Тогда я не удивлена, что врачи бежали быстрее, чем пули. Я мало что знаю о беременности, но вот так предлагать… Можно подумать, что женщины никогда не болеют.
Шарлатаны.
– Приблизительно так я им и ответил.
Но Вера сказала, что всё будет нормально. Не стоит переживать раньше времени.
– Кто это такая?!
– Знакомая одна, врачиха. Штопает бойцов моих. И не только моих. У неё своя больница, мы обращаемся, когда приспичит. Но, судя по всему, тебе уже лучше.
– Лучше?
– До этого ты совсем со мной не разговаривала. Только бормотала что-то про извращенца, и чтобы я тебе не совал всякое в рот.
– Всякое?
– Твои слова, не мои.
Видимо, не в первый раз я ошибаюсь в мужчине.
