"
"Дальше события происходили по давно написанному сценарию, самой большой ошибкой подонка было то, что он недооценил нас с Громом. Во временя службы в горячих точках, мы не раз использовали этот трюк с опущенными на землю стволами. Я всегда говорил, что стрелять нужно сразу, а он решил поиграть в хозяина положения, за что и поплатился собственной жизнью. За прошедшие годы сноровку мы, конечно, потеряли, но здесь не война и перед нами не профессиональные солдаты, а лишь бандитское отродье.
Я оглядел каждый лежащий труп, интуиция кричала, что что-то не так и я понял, что именно меня насторожило — их внешний вид.
Лично людей Графа я никогда не встречал, но слухи доходили и до моих ушей. Идеальные манеры, аристократическая внешность и всегда белые костюмы. Эти же больше походили на недавно откинувшихся братков.
— Кто вы, мать вашу, такие? — заорала Катя, вернув меня в реальность. На ее лице застыл ужас, и она попятилась назад, все же стоило ей рассказать о своем прошлом в спецназе.
Подскочил к ней и прижал к себе, никогда не испытывал такого облегчения, с ней все хорошо, она в моих руках. Но радость моя была недолгой.
— Кирилл, — произнесла она и начала вырываться, из глаз хлынули слезы, — он там, — она билась в моих объятьях словно птичка в клетке, захлебывалась собственными рыданиями, и я отпустил ее. В тот же миг она рванула в дом, к нему и я окончательно убедился в том, что был прав. Утихшая ярость вернулась с новой, оглушающей силой, контролировать себя удавалось с трудом, хотелось крушить все вокруг, потому что выбрала она не меня.
Пацан остался в живых, до больницы довезли. Она ни на шаг от операционной не отходила и выдохнула с облегчением, когда операция прошла успешно. Я был зол, на себя, на нее, на Кира, но именно в этот момент осознал, что уж смерти я пацану точно не желаю.
— С ним все будет хорошо, — произнес я, положив ладонь на ее плечо. Больно, так что сдохнуть хочется, но заставить ее полюбить меня я не мог. Забрал ее в тот день, решил, что смогу, хотел посмотреть, что из этого выйдет, посмотрел, млин.
Она уже открыла рот, чтобы ответить, но ее прервал истошный крик Грома.
— Какого хрена, — заорал он и я повернул голову.
Гром попятился назад, а я врос в пол. Ни хрена не понимал, какого черта вообще происходит и какого хрена здесь делает Аид, когда он вот уже почти двенадцать лет, как мертв.
— Аид, — выдавил из себя, когда призрак из прошлого подошел вплотную.
