— А зачем, все ведь и так понятно, — резко ответила я, не ему одному язвить, вот пусть теперь посидит, подумает, — отвези меня в больницу, или я выпрыгну из чертовой машины на ходу."
"Он больше ничего не говорил, заблокировал дверь, но все же развернулся. В больнице Олега и остальных мы отыскали быстро. Кира уже увезли в операционную и уже то, что довезли его живым, давало надежду. Саша держался в стороне, ему явно все это не нравилось, он все еще был зол. Прошло несколько часов прежде, чем из операционной вышел врач.
— Как он? — я подскочила со своего места.
— Мы сделали все от нас зависящее, — сухо, без единой эмоции ответил доктор, — если переживет эту ночь, то выкарабкается.
Я выдохнула, уткнувшись лицом в ладони, отвернулась к окну. По крайней мере операцию он пережил. Почувствовала, что она мое плечо легла чья-то теплая ладонь, подняла голову, рядом стоял Саша.
— С ним все будет хорошо, — пообещал он и в его взгляде что-то изменилось, не было там больше той ненависти и презрения, вообще, кроме боли ничего не было.
Хотела было уже сдаться, объясниться, не могла смотреть на него такого, когда он злился было легче, а сейчас он мне душу рвет, но не успела и слова вымолвить, как до меня донесся голос Грома.
— Какого хрена, — произнес он и мы с Сашей обернулись. В коридоре помимо нас теперь было еще трое мужчин, и они неумолимо приближались к нам. Все трое высокие, подтянутые, примерно одного возраста, в классических белых костюмах, идеально подчеркивающих статную фигуру.
Олег тем временем сделал несколько шагов назад, заслоняя меня собой, перевела взгляд на Сашу, тот будто призрака увидел. Смотрел в упор на одно из незнакомцев, того что шел чуть впереди остальных — высокий брюнет, со светло карими глазами, правильными, нет не так, идеальными чертами лица, мужчина был просто невероятно красив.
— Аид, — ошарашено прохрипел Саша, явно узнав в незнакомце старого знакомого.
— Командир, Гром, — кивнул тот, — рад снова вас видеть, жаль, что при таких обстоятельствах.
Глава 28
Авдеев
На третий день пришел в себя, злость и ярость никуда не делись, но хоть сдохнуть больше не хотелось. В ту ночь вырубил телефон, чтобы не было соблазна, знал, что если случится что-то из ряда вон, то Грому об этом сообщат. Все три дня я провел в доме Громовых, обычно доброжелательная и гостеприимная Инга, все это время смотрела на меня волком, изредка бросая в мой адрес язвительные замечания.
