— Мне надоело, сейчас мы завтракаем и едем в поселок, — поставил меня перед фактом Гром. Еще бы ему не надоело, два дня я безбожно бухал и только сейчас пришел в себя, — и слышать я ничего не хочу, ты с ней поговоришь.
Не стал возражать, во-первых, это было бесполезно, а во-вторых, в чем-то он был прав, мне нужно было услышать это от нее, чтобы окончательно убедиться в том, что ни хрена я не ошибся.
Мы уже подъезжали к поселку, когда у Грома зазвонил телефон, с каждой секундой его лицо становилось бледнее.
— Их нашли, — произнес он, сбросив вызов.
В этот момент мне показалось, что весь мой мир рушится в считанные секунды, я спрятал ее у черта на рогах, а этот ублюдок все равно нашел. Долбанные три недели я гонялся за тенью по столице. У меня даже не было уверенности в том, что Граф в Москве, но Дима от чего-то уверен был.
Я побывал у каждого, хоть как-то связанного с Воронцовым, криминального деятеля столицы, искал, платил, носом, млин, землю рыл, но ничего не нашел, он каждый раз ускользал от меня.
Сделаю шаг, а он уже на два впереди. Я не понимал его игру, зачем сначала пытаться меня убить, а после взять и испариться. Последним я посетил Черноволосого — человека, знающего все и обо всех, одному дьяволу известно, как Диме удалось выйти на него и организовать нам встречу, но даже он ничем не сумел мне помочь, лишь пообещал сделать все, чтобы до Графа дошел слух о том, что с ним хотят встретиться. О том, что я скорее хочу пустить ему пулю в лоб, решил умолчать.
И вот спустя три недели он объявился и добрался до нее, найду и придушу ублюдка, если хоть волос с ее головы упадет. Олег мчался на максимальной скорости, но этого было чертовски мало, была важна каждая долбанная секунда. Я вдохнуть толком не мог, пока мы не остановились у дома, по всюду слышались стрельба и грохот, не помня себя от страха, выскочил из машины и рванул к дому, в тоже время на крыльце показался какой-то урод, держащий мою девочку.
— Отпусти ее, — в глотку готов был ему вцепиться, медлил лишь потому что не хотел ей навредить.
— Не рыпайся, Авдеев или она сдохнет, ее желательно привезти живой, но не обязательно. Опусти ствол.
«Ублюдок».
До этого момента я был уверен в том, что Воронцову она нужна живой, а теперь эта уверенность испарилась, по глазам видел, что эта падаль не блефует.
— Ничего не бойся, Котенок, — подмигнул ей, а этому башку я лично прострелю.
— Заткнись и положи на землю ствол.
