Кинули гранату прямо в парилку. Стасика положили годом позже… я тогда похоронную фирму и прикупил, решив, что дешевле будет. А по факту ввязался в новое дерьмо.
Лёшка… Лёшка тварью оказался. Сдал нас Семёновским. За что своё и получил в ближайшем лесочке. В лесах окрестных хватает призраков.
Надо же, вспоминаются.
Это всё время. Тянется и тянется. Скорей бы укол. Забытьё. И сдохнуть, наконец. А я держусь. Маюсь…
И когда время приходит, снова падаю.
Куда?
Туда где покой. Тишина. Только часы ходят. Такой характерный звук.
Чок-чок.
Часы слева. Запах… соломы. Трав каких-то. И лежать неудобно.
— Савка? — произношу это имя внутри. — Ты где?
Или в этом контексте правильно говорить «мы»?
Контекст… мне уже под сороковник было, когда понял, что учиться надо. И не только экономикам с финансами, но и разговору. Что все эти понты, гнутые пальцы да крутость уже не в теме. И партнёров потенциальных мои манеры скорее пугают.
Да…
Ленка нашла учителей. По этикету там. Риторике. Прочей херне. И я честно старался.
Раз уж уплочено. Не привык я деньги зазря тратить. А потом и понравилось. Втянулся, да…
Языки учить начал.
Книги почитывать… смех да и только. Но смеяться не хотелось. И теперь вот тоже.
Где мы, к слову?
Больничка?
Точно. И мальчишка радостный. Ага… а теперь я воспринимаю его куда чётче. И чувствую тоже. Вот неровность матраса, тонюсенького, комковатого. И то, как прогибается под Савкиным весом панцирная сетка.
И что лежать ему больно.
Печётся в левом боку.
Но зато у него дар! Потенциальный.
Что за он?
Поток чужого сознания воспринимать сложно, особенно, когда этот поток сразу обо всём. И об ужине, который сюда принесли и никто-то не пытался его отнять. Даже в компот не плюнули…
Это хорошо.
И понятно.
О Евдокии Путятичне, что новое письмо составила, потому что теперь Савка не просто так, а перспективный. Что у него, может, дар откроется, потому что чувствительность к чужой силе очень высокая, но вектор пока определить затруднительно.
Здесь я уже мало что понял.
Как и про то, что дарники любому роду нужны. И если Громовы откажутся…
Кто?
Громовы.
Он Громов по отцу. То есть был бы, если бы отец его признал.
Савелий Громов… двойной тёзка. Может, поэтому нас… что? Притянуло? Связало? Или просто разрушающийся мозг создаёт новую реальность из подручных средств и имён?
А и пофиг.
…но если Громовы откажутся, то кто-нибудь другой заберёт. И Евдокия Путятична сказала, что у неё есть на примете достойные кандидаты.
