Но вот всё равно не верю…
— Отстань… Я не хочу этого слышать! Я не хочу его видеть! Даже если это брачные танцы, то пусть для начала отмоется от грязи… — я запнулась, наблюдая, как стремительно бледнеет Липатова. Телефон выпал из её рук, звонко брякая о каменную столешницу.
За мгновение до того, как потух экран, взгляд зацепился на фотографии, на которой был запечатлён мой Андрюшка и та самая «кукла» из приёмной Левона.
— Дай сюда! — заорала я, пытаясь достать телефон. — Это что ещё такое?
— Кара, успокойся… Слышишь? Сейчас мы позвоним Андро и всё узнаем!
Но меня было не становить.
Я все прощу этому миру, но только не своего сына. Его я не позволю втягивать в эту грязь! Свете пришлось разблокировать экран. Сердце замерло, перестало биться!
На фото из того же паблика была зафиксирована обнимающаяся парочка. Мой сын и секретарша моего мужа…
— Я его убью! Я их всех убью!
Собралась за несколько минут, прыгнула в машину, даже не замечая присутствия Светы.
Подруга молчала, не издавала ни звука, она просто была рядом. Устроившись на заднем сиденье, перебирала мои волосы, поглаживала, пытаясь успокоить.
Какого чёрта этой дуре нужно от Андрея? Она так прозрачно делала намёки на Левона, а сама… Чёрт, а не с ней ли меня хотел познакомить сын? Не о ней пел оды? Не её ли скромность и робость так отчаянно нахваливал?
Меня разрывало от решимости. Бросила машину, не доезжая до парковки, не было сил ждать очереди на въезд в подземный паркинг.
Я даже пальто забыла накинуть!"
"Чеканила шаг по скользкому асфальту, игнорируя удивленные взгляды прохожих. Они были укутаны в шарфы, тёплые куртки, а я неслась в коротком платье-пиджаке, лавировала в лодочках. Они думали, что я чокнутая…
А я впервые ощутила внутреннюю силу.
И шальная мысль пронеслась, что не только я не знаю человека, с которым прожила так долго, но и Куталадзе даже не догадывается, какую суку он разбудил…
Ворвалась в фойе, игнорируя взгляды охраны.
Очевидно, по голове получили все, потому что турникет открылся автоматически. А выпорхнувшая из лифта девушка придержала для меня двери.
Двенадцать этажей пронеслись вспышкой.
Офис встретил меня суетой, из кабинета в кабинет носились расфуфыренные девицы, расступающиеся передо мной с гримасой испуга.
В какой-то момент я даже перешла на бег, молясь лишь о том, чтобы Нино не увидела меня раньше времени.
