— Покажи мне, — снова бормочет Сент, отодвигая скамейку к концу железного каркаса моей кровати и пристально глядя на меня, когда он снова садится. — Мне нужно увидеть, что я с тобой делаю, Брайони.
Легкая боль в его невинном голосе безмолвно убивает меня. Не то чтобы я никогда не представляла себе Сэйнта в таком свете. Он красив и чрезвычайно привлекателен по сравнению со всеми остальными моими одноклассниками. Но именно его брат постоянно занимал мои мысли. Его измученный, истерзанный старший брат, который показал мне свет и заставил меня сомневаться не только во всем, но и во всех.
Опираясь на локти, я отклоняюсь назад, пока мои пятки не упираются в край кровати. Я бросаю последний взгляд на Сэйнта, чтобы оценить его намерения, и когда наши глаза встречаются, его невинность сияет.
Боже, я собираюсь покончить со всеми его средствами к существованию.
Что, если Эроу ошибается? Что, если Сэйнт не имеет никакого отношения к деловым отношениям своего отца с Аластором Эбботом, церковью и расчетливой коррупцией, которую они поощряют? Что, если он действительно невинный прохожий, которого, к сожалению, втянули в этот хаос как главную цель для уничтожения, а на самом деле он сохранил свою невинность в этом мире жадности, коррупции и власти?
Легкий скрип старых деревянных половиц, доносящийся из коридора, заставляет мое сердце учащенно забиться.
Сэйнт отводит глаза от меня, а мое сердце бешено колотится в груди при мысли о том, что Эроу находится в режиме ожидания. Могу только представить, что сейчас творится в его измученном черепе.
Но прежде чем Эроу полностью отвлекает внимание Сэйнта от меня, я закрываю порез на верхней части бедра подолом зеленой клетчатой юбки и раздвигаю бедра, обнажая испачканные хлопковые трусики.
Глаза Сэйнта становятся дикими от восхищения, его челюсть отвисает от увиденного. Он сглатывает, а я прикусываю губу, молясь какому бы то ни было Богу, что это тот путь, который мне суждено пройти, чтобы вывести на свет истинное зло.
— Значит, это правда. Вот что происходит, когда твое тело готовится к сексуальным отношениям? — задыхаясь, спрашивает он, все еще глядя на влагу между моих ног.
Я почти смеюсь над его заявлением. Я уже забыла о той наивности, которую мы когда-то разделяли, когда все детство молчали, когда дело касалось знаний о сексе. Все, что мы знаем, — это то, что мы слышим о сексуальных похождениях запятнанных и грешных людей. Его брат мог бы научить его кое-чему о том, как подготовить женское тело к сексу.
