Взгляд опускается на мои губы, я рефлекторно их приоткрываю.
Наш последний поцелуй сбивал с ног, как мощная волна. Цунами. Сейчас все сильней. Мы одновременно обрушиваемся на губы друг друга. Пожираем. Языками яростно сталкиваемся.
Марино как пушинку подхватывает меня и прижимает к стене. Ноги закидываю ему на поясницу, икрами надавливаю на таз, вынуждая сильнее прижаться ко мне.
Мычим от яркости момента и в бездну ощущений проваливаемся.
Грудная клетка наполняется фейерверками, низ живота – розовой истомой.
Жарит, жжет. Трусь как… Снова не как королева.
– Боже, – то и дело твержу.
Майк срывает с меня одежду одним движением. Снова ко мне льнет. Целует. Губы, шея, косточки ключицы, плечи.
Если бы он только знал, как я люблю, когда его губы касаются кожи плеч.
Пальцами в его взлохмаченные волосы зарываюсь и расчерчиваю ногтями, бороздки делаю под его шипение.
– Stronza (итал.: сука).
– Чертов придурок, – отвечаю на русском.
Целуемся, покусывая.
Руками грудь накрывает. Не ласкает. Сжимает с животной страстью, будто боль хочет причинить, наказать.
Но вместо этого только сильнее разжигает огонь между нами, который ни одним огнетушителем не погасить.
Майк толкается бедрами, ахаю, опрокидывая голову. Приоткрываю рот, моих губ касается кончик его языка и очерчивает по контуру, чтобы потом проникнуть в рот, высасывая стон за стоном.
Как-то все быстро получается.
Трение, толчки, удары, укусы.
На мне одни кружевные трусы-шортики, Майк тоже не вполне одет. Ловким движением стягивает с меня их и удобно устраивается между моих ног.
Покрываюсь испариной, легкие выжжены из тела, и я дышу прерывисто, словив взгляд Марино. Его глаза полны отчаянного блеска и глубины, в котором скрыта жажда, ненависть и желание.
– Ti detesto, Mike Marino (итал.: я ненавижу тебя, Майк Марино).
– Bene, adesso ti sto proprio odiando, perla (итал.: это я тебя ненавижу, жемчужина).
Майк наполняет меня одним толчком. Резко, без промедления, до упора. Выдыхаю, вскрикиваю.
Смотрим в глаза, дышим.
Я почти плачу. От какой-то боли и счастья.
Толкается, целует. Я зажимаю его ногами, не давая отстраниться от меня. Губами скользим по шее, царапаем, ведь кожа на губах иссохла и стала шершавой. Дыхание трогает разгоряченную кожу.
Вновь целуемся. Глубоко проталкиваясь языками, сплетаясь ими. Дышим друг другом.
Трахаемся.
Майк одной рукой закидывает мои руки и держит за запястья, другой – сжимает бедро и бьется в меня. Толчок, толчок, толчок.
