Рассказывал какие-то истории, шутил, располагал к себе, если коротко. И я повелась.
– У вас какой-то срочный разговор ко мне?
Киваю. Тереблю бумажную салфетку в руках и собираюсь с мыслями. Мне не хочется выглядеть какой-то дурочкой, хотя чувствую себя сейчас именно так. Неуверенной, испуганной дурехой.
Куда я влезла?
– Да. Помните наш разговор полгода назад? – стреляю взглядом и сразу же утыкаюсь обратно в мятую салфетку.
– Мы о многом говорили в тот день, – в голосе ирония. Он прекрасно все помнит.
Иначе не сидел бы напротив и не ухмылялся.
Сколько же в нем коварства!
Набираю воздуха в легкие. Затем смелость.
– Я рассказывала вам о нашем прошлом с Майком Марино. Вы тогда как-то все узнали о нас и о том… – кручу головой по сторонам. Кафе наполняется людьми, и я выдаю свое волнение, – как именно прошло наше расставание.
– Помню. Вы были откровенны.
– Да.
«Черт возьми», – достраивается в моей голове.
Я правда была откровенна и чертовски зла на гонщика. Вот и вывалила нашу историю как на духу.
– И разрешили мне использовать ваши слова для статьи. Огромная вам благодарность, кстати.
Готова разреветься.
В тот момент, когда Леонардо Гатти поймал меня, я провожала Майка взглядом. У Марино в кармане были купленные мной презервативы, а на пассажирском сиденье его дорогущей машины сидела Сильвия. Я ревновала, ненавидела и мечтала хоть как-то отомстить за кинутые мне деньги.
И вот она, живая возможность это сделать!
А потом… Ушло все.
Обида, злость, желание ткнуть его итальянский нос в… Понятно, в общем.
– Я беру свои слова назад, – мысленно стучу кулаком по столу.
Маленькая чашка подпрыгивает, стучится о блюдце. Все посетители обращают на меня внимание, а я с гордым видом пригвождаю наглого журналиста к месту. Но все это происходит в моей фантазии. В реальности же Гатти мерзко посмеивается и кладет ногу на ногу. Смотрит прямо на меня и в мозг пролезть хочет, как юркий червяк.
– Боюсь, что поздно, милочка.
Его полный самодовольства взгляд смывает с ног. Сижу, и все равно чувствую, как руки и ноги слабеют, тело уносится волной. Задыхаюсь, смотрю перед собой, но вижу лицо Майка в тот миг, когда он прочтет то, что написал Гатти.
Какой же необдуманный поступок.
Но как же я была зла на Майка!
– Через несколько дней выходит моя статья. Я растопчу Майка Марино, уничтожу его карьеру всего лишь несколькими предложениями, которые разлетятся по свету.
