Я обещал мальцу, что в этом доме Эвелину не тронут до самого обряда.
— Как удобно, что обряд позади, а трогать ее будут не в этом доме, — подмигиваю я. — Если ты, конечно, не боишься, что не справишься с мальчишкой, когда его мамочка его покинет.
— Не справлюсь? В своем доме?
— Я просто предположил… — улыбаюсь как можно шире, чтобы не думать про взгляд Евы. Она, может, и не слышит половину, но все понимает. Понимает, что эта игра может закончиться печально прямо сейчас. Для нас с ней точно. Она вряд ли сможет отказаться от сына, вряд ли сможет уйти из дома без него, но ей придется.
Так или иначе Дани наследник и ему здесь ничего не сделают. Как только он восстановится, он сам сможет решать, где ему жить и в этом прелесть этого обряда. Данил стал полноценным наследником этой семьи. Но Ева. Судя по тому, что я слышал, очень многие здесь желают ей смерти."
"— Рашид! Я просил ее себе! — продолжает рядом стоять Ильдар, который слушал нас с полным недоверием. Но Рашид уверен, что разбирается в людях. Скорее всего именно так у него мой отец отобрал дом.
А люди склонны наступать на одни и те же грабли. Не важно, кому они при этом молятся.
— У тебя полный дом жен и любовниц. А свою жену я могу дарить, кому пожелаю. — рявкает Рашид, затем поворачивается ко мне. — Но за твои слова я бы мог отрубить тебе голову, Черепанов. Какое ты имеешь право во мне сомневаться?! Во мне, минотавре и человеке, который пережил кому?
— Нет-нет, я в тебе ни мгновение не сомневался. Я даже считаю, — вальяжно усаживаюсь я и кидаю в рот виноградинку под злобный взгляд Ильдара.
— Что ты бы обязательно одержал надо мной верх в бое. В былые времена так точно.
— В былые?!
— Ну сейчас, после затяжной комы, силы не те.
— Ты пять лет просидел в инвалидной коляске, а говоришь мне про силы? — ржет он, широко открывая рот, демонстрируя часть желтых вставных зубов. Пятку бы ему туда. С размаху. Выбить те, что остались. — Да я тебя за один раунд сделаю.
— Даже не за три? — делаю вид, что мне страшно, но подключаюсь. — А давай забьемся.
Устроим бой, сделаем высокие ставки. И никто больше не скажет, что ты старый и немощный, а молодой и дерзкий Ильдар тебя подсиживает.
— Много говоришь! Будет бой! И никто больше и слова про меня не скажет, ясно тебе!? Мне будет очень приятно убить сына ублюдка, меня обманувшего.
— Кстати, об этом. Выиграешь — отдам тебе дом. Говорят, могилы твоих предков на том же месте.
Сказать, что Рашид был поражен, ничего не сказать. И нет, он почти не подал виду.
