Посреди всего этого развала сидел в плетеном кресле маленький худенький человечек с густыми кустистыми бровями. На коленях у него лежала огромная книга в кожаном переплете.
Увидев Патрика и его спутницу, он вскочил, уронил книгу и бросился навстречу гостям. Подбежав к Патрику, схватил его ладонь обеими руками и затряс, радостно повторяя:"
"— Здравствуйте, мой друг! Как я рад вас видеть! Каким ветром вас занесло в наши края?
— Муссоном, — ответил Патрик вполне серьезно. — Позвольте представить вам, Хендрик, мою подругу… Надья Гусакофф, она из России… А это Хендрик ван Гаазе, крупнейший специалист по истории картографии.
— Ну, вы мне льстите, мой друг! — Голландец скромно потупился. — Хотя, если считать в Южном полушарии, то вы, возможно, правы… а ваша подруга — она тоже…
— Нет! — отрезал Патрик и поднес палец к губам.
— Ах, вот как!.. — Хендрик с интересом взглянул на девушку. — Ну, я понимаю, что вы пришли ко мне не просто так, не с визитом вежливости. Вам нужна консультация?
— Совершенно верно! Скажите, Хендрик, какую точку отсчета для определения долготы мог взять человек в конце семнадцатого века? Что он считал нулевым меридианом?
— Ну, это зависит от многого! Во-первых, от национальной принадлежности вашего человека.
К примеру, если он был испанцем, он отсчитывал долготу от Кадиса, если французом — считал нулевым парижский меридиан…
— Наш человек был англичанином, — сообщил Патрик.
— Англичанином? Ну что ж, круг поисков несколько сужается, однако и здесь не все так просто.
Как вы, конечно, понимаете, если с определением широты все ясно, широта отсчитывается от экватора, то долготу можно отсчитывать от любого места, и тут каждая страна исходила из своих собственных интересов.
Первым астрономом, который вычислял долготу, был древнегреческий ученый Гиппарх. Он взял за точку отсчета долготу острова Родос. Позднее Птолемей принял за исходную точку для определения долготы западную оконечность Канарских островов, или островов Фортуны, как их тогда называли. Долгое время большинство астрономов и мореплавателей пользовались этой же исходной точкой, но когда дальние морские путешествия стали частым явлением, многие картографы вводили собственные нулевые меридианы.
Наконец в 1573 году испанский король Филипп II издал указ, по которому за точку отсчета при определении долготы следовало принимать меридиан, проходящий через Толедо. Однако в семнадцатом веке значение Испании как морской страны падает, и указ Филиппа становится неактуальным.
