Плот резко тряхнуло, он накренился, выпрямился и снова медленно поплыл.
Надя подняла голову, огляделась.
Она едва могла поверить, что осталась жива — но это было так, даже плот остался цел, он медленно двигался по реке на несколько десятков метров ниже водопада.
— Господи! — проговорила Надя, переведя дыхание и оглядевшись по сторонам. — Это просто чудо, что мы остались живы!
Только что ей казалось, что жизнь кончена, что вода расплющит ее о камни или разобьет о бревна плота — и вот опасность миновала, она жива и невредима! После перенесенного потрясения мир вокруг казался особенно ярким и прекрасным, тропические растения поражали немыслимо яркой зеленью, запахи цветов и трав необыкновенно усилились.
Слух еще не вполне вернулся к ней после грохота водопада, но с каждой минутой водопад отдалялся, и воздух наполнялся торжествующим пением птиц…
Патрик что-то сказал ей на незнакомом языке.
Впрочем, язык этот показался ей знакомым. Ей нередко приходилось слышать его…
— Что вы говорите, Патрик? — переспросила девушка с улыбкой.
— Я сказал вам, Надин, что на вашем плече сидит скорпион, — ответил англичанин совершенно спокойно.
— Что?! — Надя вскочила, побледнев, схватилась за плечо, завизжала. — Черт! Где скорпион? Вы так спокойно об этом говорите, ужасный человек… да убейте же его!
— Нет никакого скорпиона, — проговорил Патрик странным голосом. — Надин, вы ничего мне не хотите сказать?
— Я?! — Надя уставилась на него с неприязнью. — Что я должна вам сказать? Это вы должны объяснить свою идиотскую шутку!
Руки ее все еще тряслись, лицо было бледным от испуга.
— Это не шутка, Надин… или как вас зовут на самом деле? Когда я понял, что мы подплываем к водопаду, я предупредил вас по-французски… ведь это вроде бы ваш родной язык? Вы не отреагировали на мои слова. Я подумал, что вы, возможно, не услышали меня из-за грохота падающей воды. Но сейчас я по-французски сказал вам о скорпионе. Любая женщина, хоть немного понимающая по-французски, завизжала бы, что вы и сделали, когда я повторил то же самое по-английски.
Вы не француженка, Надин! Вы не понимаете ни слова на этом языке! Кто вы?
Надя закрыла лицо руками, тяжело вздохнула, затем повернулась к англичанину и тихо проговорила:
— Вы совершенно правы, Патрик! Я не француженка Надин Турнель. Я русская.
— Я знал, что вы говорите по-русски. — Патрик не удивился. — Так отчего вы представились не своим именем?
Надя посмотрела ему в глаза.
