Пусть он не нашел Эву, зато кажется, нашел ответ на главный вопрос — Эва ушла не потому, что ее что-то не устраивало, а потому что хотела уйти. Так надо ли ему продолжать поиски?
Все нутро кричало «Да, ищи, ты же не сможешь жить без нее!», но Мак не хотел больше поддаваться чувствам, ни к чему хорошему это его не привело. А вот стоило подключить голову, как ответ появлялся прямо на поверхности. Эва выбросила его из жизни, зачистив все ходы и перекрыв пути к отступлению, значит, она не хочет, чтобы Макар ее нашел. А то, что ему хотелось заглянуть в ее глаза, так толку? Он там все равно ничего не увидит.
Макар держался несколько дней, на работе полностью переключал мозги, благо, меньше ее не становилось, а вечером просто вырубался, приняв на ночь снотворное. Он спал как убитый, сны его не беспокоили, и если бы можно было выпивать что-то такое днем и вырубаться, было бы отлично."
"В субботу он тоже работал, а вечером отправился в бар. Решил надраться сам, никого из друзей видеть не хотелось. Конечно, они не были виноваты в его разрыве с Эвой — какое хорошее слово «разрыв», именно так Макар себя и чувствовал, будто из него щипцами вырвали часть плоти.
Раскаленными. Но и отделаться от ощущения, что сделал неправильный, а оттого и слишком болезненный выбор, Мак не мог.
В какой момент рядом оказалась Алена, Макар так и не понял, она сказала, что он ей сам позвонил, но он не помнил. Зато ее можно было спросить об Эве, и он никак не ожидал, что та опустит глаза и начнет путано мямлить:
— Мак, я не хотела говорить тебе, но раз уж так вышло… В общем, когда ты был в Париже, я случайно увидела Эвку с мужчиной, они вышли из «Голливудда», сели в машину и уехали.
Я успела сфотографировать, вот, смотри, — она показала на телефоне снимок, и у Макара грудь сковало льдом.
На фото Эва обнималась с мужчиной, его видно не было, он стоял спиной, зато хорошо было видно лицо Эвы, счастливое, в том платье, которое как раз примеряла на себя девица возле мусорки. Эва надевала его только один раз, для Макара, по крайней мере он так считал, идиот…
— Перешли мне фото, — это последнее, что он помнил, дальше пошел слошной калейдоскоп.
Макар пил, Алена уговаривала его остановиться, но виски никуда не девалось, он влил в себя бутылку так точно. Дальше вышибло напрочь, как он оказался дома, в своей постели, Мак не знал, зато ночью ему приснился сон и снилась, конечно, Эва.
Сон был настолько живым и осязаемым, что Мак ощутил рядом ее тело, обнаженное, настоящее, теплое.
