— Кроме того, мама не может этого знать, потому что влюблялась один раз в жизни, в папу, не то что я.
Джессика резко села на кровати и повернулась к сестре.
— О чем это ты?
— Я про книги. В романах все только и влюбляются. Так что меня можно назвать даже экспертом в этой области.
— Да? — покусав губу, Джессика искоса взглянула на сестру. Если Лиз говорит правду, тогда она просто кладезь информации, которая была ей так нужна сейчас. — А как понять, что ты влюбилась?
— Значит, так, — Элизабет поудобнее устроилась на подушках и наклонилась в сторону Джессики, явно чтобы подогреть ее интерес.
— Во-первых, она думает только о нем.
Джессика вздохнула:
— О боже!
— Дальше. Каждый раз, когда она видит его, у нее внутри появляются приятные ощущения, — продолжила Элизабет.
Джессика нахмурилась и процедила:
— О нет!
— И последнее. Она ни в коем случае не станет противиться его поцелуям. Я знаю, что дам отпор, если кто-нибудь попытается поцеловать меня, но должна сказать, что у тебя в тот вечер был такой вид, словно тебе все нравилось.
Джессика простонала.
— Так и есть.
Элизабет кивнула.
— Вот, собственно, и все: три надежных признака, чтобы понять, влюблена ли ты.
— У меня в наличии все три, — сообщила сестра, тяжело вздохнув.
Элизабет захлопала глазами.
— Почему столько печали в голосе? Ты же всегда хотела влюбиться, разве не так?
Джессика крепко зажмурилась.
— Да, но не в Эйдена.
— Не понимаю: тебе же он нравится, ты целовалась с ним, называешь его по имени.
— Не напоминай! — воскликнула Джессика, опустив голову на руки.
— Хорошо, — кивнула Элизабет. — Тогда скажи, как тебе поцелуй лорда Ситона.
Девушка пожала плечами.
— Да никак, по правде говоря.
— Значит, он вовсе не идеален? — отметила Элизабет.
Наморщив нос, Джессика хмуро взглянула на сестру. Зачем Элиза вставляет такие проницательные замечания, когда ей хочется просто предаться меланхолии?
— Послушай, Джесс, я знаю тебя, как никого другой. Мы с тобой вместе целую жизнь.
Тебе всегда нравилось то, что я терпеть не могла: цветы, танцы, сезоны и наряды — и именно это я в тебе любила. Ты радовалась самой себе, радовалась той жизни, какой жила. Именно так, как и должно быть. Я всегда чувствовала себя чужой в своей собственной жизни, словно делала что-то неправильно. Ты хотя бы представляешь, как часто мне хотелось просто наслаждаться жизнью, как ты?
Затаив дыхание, Джессика взглядом ощупывала лицо сестры.
— Для меня это новость.
