– Я вижу, – вторит в ответ.
Губы сами соединяются в плотную линию.
– Ты меня разбудил.
– Разговором по телефону? – выгибает бровь.
– Да. Ты видел время на часах?
Спрашиваю, а сама без понятия, сколько там.
– Видел, – кивает. – Но только вот странно, что ты не проснулась от того, что я нёс тебя в кровать. Раздевал. А потом… Пользовался твои бессознательным состоянием.
От одних его только слов меня кидает в озноб.
Что он сделал?..
Дыхание перехватывает, и я только заношу руку, чтобы ударить его изо всех сил, не сдерживая злости, как он, заведомо зная мои действия, перехватывает запястья.
Прижимает их к кровати.
Стоит злиться здесь только мне. Но почему-то сейчас меня сжигают его глаза, желая превратить в пепел.
Наклоняется, опаляет дыханием моё лицо. Сердце подпрыгивает к горлу и бьёт в висках.
– Ты серьёзно думаешь, что я на такое способен?
Грудной, вибрирующий и адски злой голос вгоняет в какую-то дрожь.
Ну, нет, я так не думала… Не сейчас. Раньше… Возможно.
Но не в нынешнее время.
Просто… Он сказал это так неожиданно, серьёзно, что на миг… Я засомневалась.
В голове вспыхнул тот самый фрагмент из прошлого, а рука сама потянулась к его лицу. Но я не…
Не знаю. Тело сработало на рефлексах. Прежде, чем я подумала."
"– Хорошо, Ева, – кидает слишком холодно. – Раз уж ты считаешь меня таким животным… Я покажу тебе настоящее животное.
Амир
Одна её фраза и действие разжигают во мне такой огонь, что кажется, даже ад позавидует его безумству и силе.
Но Ева сама напросилась.
Да, я говорил, что не буду давить на неё.
Не буду заставлять нервничать. Но, сука, пошутил я неудачно. Но с другой стороны – что здесь такого, что я её переодел? И так всё видел, трогал, побывал, где хотел, и желаю ещё.
Честно скажу – те двадцать минут, что не спеша раздевал и одевал её, были лучшими за последние два месяца точно.
Но вся эйфория пропала, стоило этой маленькой, но до одури обольстительной малявке поверить мне. Реально подумала, что я надругался над ней.
Мой внутренний ручник сам опускается вниз.
Даёт дорогу «животному», которого сдерживаю рядом с ней. А теперь не могу. Обещал не трогать. Все мои угрозы должны были остаться угрозами. Но не сейчас. Когда припадаю губами к её нежной шейке, безумно целуя. Вдыхаю аромат лаванды, спелой вишни, и не могу больше остановиться.
Да, всё же я – животное.
Поэтому даю себе волю.
Прикусываю бархатную и белую кожу.
Раз она этого желает.
– Перестань, – отвечает слабо, пытается оттолкнуть. Несильно.
