Почему Андрей сел рядом с Ленкой, опустившейся за стол напротив?
Я плохо помню, кто и что говорил, что за слова были произнесены, но когда очередь дошла до меня, сверля взглядом тарелку, смогла выдавить лишь:
– Папа и мама были хорошими людьми.
Длинные мужские пальцы моего ужасного соседа крепче сжимают вилку, но Марич, к моему облегчению, решает не высказывать свое поганое мнение. Мне хватает неодобрительных взглядов тети Оли, явно осуждающей то, как близко он сидит ко мне.
Когда все начинают разъезжаться, я бросаюсь к окну.
Хватаю ртом воздух.
Все плохо. Хуже и быть не может.
Когда все это кончится?
– Ты готова? – звучит над ухом вопрос.
– Вы езжайте, я сама доберусь. Игорь Михайлович меня ждет, – тяжело опираясь на подоконник, отвечаю я, едва сдерживаясь, чтобы не закричать: «Да оставьте вы меня в покое!».
– Ты не поняла. У нас договор. Ты живешь у меня, спишь со мной, делаешь, что я говорю, а я решаю твою проблему.
Вскидываюсь на Марича.
– Что? С какой стати мне жить с вами? У меня есть квартира.
У вас есть мой телефон. Я понимаю, что вам доставляет огромное удовольствие добивать меня сейчас, но не могли бы мы отложить эту мерзкую сделку до завтра? Есть же в вас хоть что-то человеческое?
– С такой стати, что мне будет удобно, если ты будешь под рукой. Или ты предпочитаешь, чтобы я вызывал тебя по звонку, как проститутку? – не церемонится со мной он.
– А чем лучше жить с вами? Вся ваша охрана будет знать, что я с вами сплю. Меня точно не поймет жених, и вряд ли это оценят мои родственники! Так хочется, чтобы все знали, что вы превращаете меня в подстилку?
– Жить со мной и в твоих интересах, или ты готова поручиться, что в квартире тебя не ждет сюрпризов, подобных вчерашнему? Да и то, что я тебя трахаю, лучше знать всем.
Вряд ли найдутся горячие головы, которые захотят поломать мою игрушку.
Слеза, обжигая щеку, скатывается по моей щеке.
– И надолго?
– Не знаю. Пока мне не надоест, – холодно отвечает Марич.
– А если вам не надоест?
– Не льсти себе.
Пара месяцев, не больше. За это время мы решим твои проблемы, а может и раньше справимся. Я жду тебя в машине. Соберешь манатки, какие нужны, и поедем ко мне. Много не бери. Барахлом я тебя обеспечу.
Как эскортницу…
– У меня есть свои вещи. Мне ничего не нужно.
– Это не тебе решать, – отрезает он.
Мой чемодан с вещами в багажнике Игоря Михайловича, но мне нужно хоть ненадолго оттянуть время.
И я не хочу, чтобы все видели, что я уезжаю с Маричем.
