Я заебался угадывать.
И замирает надо мной.
Осознаю, что пока я через себя не переступлю, Саша ничего не сделает.
А меня уже сжигает лихорадка.
– Возьми меня, – еле слышно выдавливаю я, но Марич разбирает мои слова.
Так и не застегнутая до конца рубашка слетает с его плеч, и с этой секунды от меня больше ничего не зависит.
Глава 36
Всегда сдержанный Марич будто срывается с цепи.
Только сейчас я понимаю, на что нарывалась, когда испытывала его выдержку у меня в спальне, когда под действием стресса приставала к нему.
Его руки везде. Я не могу выдохнуть.
Задыхаюсь от переполняющих меня чувств.
Похоть, приправленная облегчением, что вот он здесь, рядом, не ушел. Упоение, что именно меня Саша так хочет. Восхищение тем, какой он.
Сарафан с легким треском сдернут с меня в одно мгновенье, и я придавлена горячим телом. Холодная пряжка ремня на контрасте давит на живот."
"По самой точной шкале ясно, что я довела Сашу, и сейчас мне объяснят, как я не права.
Все по-взрослому.
Без пощады.
Только от одного взгляда в бездонный черный омут меня начинает потряхивать. Немного страшно, и совсем не немного заводит. По-честному если, то заводит сильно.
А Саша… Сейчас он доставляет удовольствие не мне, а себе, но он пока тлеет, а я уже сгораю в огне его желаний. Непристойных, жарких, бесстыдных.
Закрываю глаза, чтобы не думать, чтобы просто чувствовать, отдаваться.
Нежности нет. Ласки призваны показать мне, кому я принадлежу.
И реакции тела правдивы.
Кожа горит, там, где проходится грубоватая ладонь, задевая браслетом часов на запястье.
Места крепких поцелуев пронзает электрическими разрядами, запуская каскад мурашек, омывающих тело. Внизу живота вспыхивает пламя, его языки лижут наливающиеся огнем срамные губы, щекочут набухающий клитор.
Распростертая под Сашей я лишь хватаюсь за обнаженные плечи, выгибаясь навстречу его губам и рукам, цепляюсь за предплечья, шалея от того, какие ощущения вызывают у меня жесткие волоски под ладонями.
Саша словно не замечает, что вытворяет со мной.
Твердые губы прокладывают дорожку вдоль бьющейся жилки на шее, заставляя кровь закипать, а длинные сильные пальцы сдвигают шелковые трусики и забираются между влажных набрякших складок.
– Посмотри на меня, Настя, – требует Саша, надавливая двумя пальцами на вход в мою девочку.
Я робко открываю глаза.
Марич неотрывно смотрит в лицо, проникая миллиметр за миллиметром в тугую норку, растягивая ее. Мне не спрятаться от его взгляда.
