Мачеха привила мне манеры леди, насколько это было в ее силах, но она ведь не… не знатная дама, так? — Щечки Джорджи мило раскраснелись. — Откуда ей было узнать о царящих в домах аристократов порядках?
— Процитирую-ка я тебя саму. Все, что тебе нужно делать, — это оставаться самой собой. Хотя, — добавил он, быстро соображая, — для моей матери будет утешением, если время от времени ты станешь обращаться к ней за советом. И еще. Теперь она пришла к выводу, что ты отлично мне подходишь, по крайней мере в одном отношении.
Как правило, ты полна жизненной энергии, которая, по ее мнению, должна превзойти нехватку силы у двух последних поколений графов. Моя матушка ожидает, что ты подаришь ей никак не меньше полудюжины внуков.
— Как это глупо с ее стороны.
Эдмунд вздрогнул.
— Да, но…
Он собирался объяснить, что постарается избавить Джорджиану от неловкой ситуации и не станет говорить матери, что брак его будет фиктивным. В таком случае, когда дети у них так и не появятся, матушка сможет обвинить в неспособности их зачать своего сына.
Его плечи достаточно широкие и крепкие, чтобы взять на себя всю вину.
Пока Эдмунд мучительно подбирал нужные слова для объяснения, Джорджиана повернулась к нему, сверкая глазами от негодования.
— Нет, Эдмунд. Это неправда, так ведь? Я имею в виду, когда ты был мальчиком, то болел теми же болезнями, что и все остальные деревенские дети, да? И… никогда не был так слаб здоровьем, как болтали злые языки. Приходя тебя навестить, я всегда с удивлением обнаруживала, что ты вовсе не на пороге смерти, как гласит молва.
Я никогда не видела тебя мечущимся в лихорадке, или задыхающимся, или еще что-то в этом роде.
Эдмунд моргнул. По какой-то причине она теперь пытается доказать, что он здоров и крепок телом и способен зачать полдюжины сыновей. И при этом сама не готова предоставить ему такую возможность? Следует добавить к этому еще и то, что она практически объявила его неполноценным мужчиной.
— Вот почему я преподнес все именно так, напомнив об ее домыслах о свойственной двум последним поколениям графов нехватке силы.
— Ну, про твоего отца подобного не скажешь.
— Мой отец, — сухо отозвался он, будучи не в состоянии спокойно обсуждать поднятый ею вопрос, — как тебе известно, просто предпочитал демонстрировать свою мужскую силу в постели любой другой женщины, кроме собственной жены. Что и породило ее почти навязчивое беспокойство о моем здоровье. И знаешь, я недавно узнал, что отец настаивал на моей отправке в школу.
