— Скучаю я по ней, — махнул он рукой на Лерин немой вопрос и посеменил к комоду. — До сих пор скучаю. Но ничего, — дед поправил фотографию той же интеллигентной женщины в рамке на комоде, протёр стекло, — скоро, надеюсь, встретимся.
Открыл ящик и начал что-то сосредоточенно искать в его недрах.
— А ты, значит, медик?
— Мн-н-н, почти, — ответила Лера. Она никогда не знала, как правильно отвечать на этот вопрос.
— Ну, в наследственных заболеваниях понимаешь? — шуршал он какими-то бумагами.
— Немного, — пожала Лера плечом, хотя дед на неё и не смотрел.
— А что такое слабоумие разбираешься? — он наконец нашёл, что искал. Повернулся к ней с довольным видом, сжимая в руках пожелтевшие документы и коробочку. — Что может передаваться оно по наследству, наверно, должна же понимать?
— Должна, — согласилась Лера, не понимая, к чему он клонит.
— Держи-ка, — протянул он бумаги и не позволил Лере в них заглянуть. — Потом как-нибудь прочтёшь. Главное, никому не показывай.
Он взял с полки первую попавшуюся под руку книгу и, свернув, вложил разлинованные типографским способом и исписанные от руки листы туда.
Лера прижала книгу к себе.
— И вот ещё что, — дед поставил рядом с портретом большую сафьяновую коробочку, что до этого держал в руке, и посмотрел на снимок. — Она это, Зина. Сердцем чую. Она.
Он вздохнул. Достал блеснувшее синим кольцо и протянул Лере на раскрытой морщинистой ладони.
— Возьми, — приказал.
Лера отрицательно покачала головой.
— Бери, говорю. Недорогое оно. Хоть для меня и бесценно, — он сам вложил его Лере в руку и сжал кулак.
— Если не сложится у вас с Кириллом, вернёшь. А сложится — так на свадьбу надень.
Лера открыла рот, чтобы возразить. Но что она могла возразить на это?
Дед отвернулся, закрыл коробочку, бросил её небрежно в ящик, привалился к нему, чтобы закрыть.
— Я тогда ещё молод был, — показал он рукой на выход. — Денег много и в глаза не видел. Но так хотел что-нибудь под цвет глаз своей Зине подобрать. На серёжки вот не хватило, а на кольцо наковырял.
Стой-ка, — развернулся он. — А ну-ка примерь.
И даже нервно сглотнул, пока Лера, засунув книгу под мышку, решалась на какой же палец надеть кольцо. На средний оно не лезло, на мизинце болталось, хотя выглядело совсем крошечным. С этим густо-синим камнем в обрамлении прозрачных кристаллов оно смотрелось таким игрушечным, ненастоящим. Лера выдохнула и всё же натянула ободок из белого металла на безымянный палец к вящей радости деда. Правда, на левую руку.
