В ожидании я рассматривал его лицо: маленький шрам на левой брови, – интересно, в какой передряге он получил его? – большие карие глаза, враждебно изучавшие меня в ответ, крохотная родинка под полной, искусанной до крови губой – явный признак того, что он часто нервничает.
– Почему ты решил, что я хоть что-то расскажу?
Мы замерли, оба старались не издать ни звука, лежали, не шелохнувшись в полумраке, как будто могли спугнуть это мимолётное перемирие. Было одновременно волнующе и пугающе осознавать, что мы делим не только кровать, но и секреты.
– Потому что ты знаешь всю правду о Скэриэле, – тихо произнёс я. – Он ведь опасен…
Джером отпрянул, в его глазах на секунду промелькнул испуг. Кажется, я был близок к истине.
– Он и для тебя опасен? – шепнул я. – Если это так, то я помогу.
Джером резко поднялся – кровать под нами предательски громко скрипнула, отчего я поморщился – и направился к мини-бару.
– Я не могу выслушивать это дерьмо без выпивки.
Неловко усевшись, я наблюдал за широкой спиной Джерома и думал о том, как бы переманить его на свою сторону.
Почему он так меня ненавидит? Из-за того, что я чистокровный? Из-за моей дружбы со Скэриэлом?
– Налей мне тоже.
– Ну уж нет. – Джером покачал головой. – Тащить тебя пьяного с Запретных земель во второй раз я не намерен.
Удивлённо уставившись на него, я неуверенно начал:"
"– Постой. В тот раз…
Повернувшись ко мне, он с раздражением перебил:
– Ты в курсе, что бормочешь во сне?
Мои щёки вспыхнули.
– Ты вместе со Скэриэлом забрал меня тогда из клуба?
Джером открыл встроенную в мини-бар морозильную камеру, с помощью щипцов ловко достал из ведёрка два кусочка льда, положил в стакан и сделал ещё глоток виски, с наслаждением смакуя, а затем ответил:
– Знаешь, эта система полностью прогнила.
Пограничники проверяют всех полукровок и низших, а чистокровных практически не трогают. Ты был в отключке, у тебя текли слюни изо рта, ты что-то бормотал, а пограничник глянул на тебя, и всё! Даже не попытался разбудить! Проверил нас на наличие тёмной материи и сразу пропустил, когда Скэриэл сказал, что мы везём хозяина домой после вечеринки.
Это была самая длинная тирада, которую мне только доводилось слышать от Джерома. Я не озвучил свои мысли, чтобы не обидеть его. Общение с этим парнем было подобно хождению по минному полю. Не знаешь наверняка, куда следует шагнуть, что сказать, чтобы случайно не оттолкнуть его.
– Хозяина?
– Ага, – прислонившись спиной к стене, ответил Джером.
