Бля, и кого ты обманываешь, Чертовка ты сумасшедшая? Зачем изображать правильность сейчас? Учитывая все, что между нами было?
Учитывая твою реакцию на меня?
Молча показываю ей влажные от ее соков пальцы, прихватываю за подбородок, заставляя смотреть в глаза.
И Марта смотрит. Завороженно. В темных зрачках - паника.
Поздно паниковать уже.
Да и бессмысленно.
Оттягиваю резинку штанов, прижимаюсь к раскрытому лону.
Мокрому. Податливому. Гостеприимному.
Даю мгновение на осознание того, что сейчас будет, провожу влажными пальцами по раскрытым в протесте губам…
И вхожу.
Сразу на всю длину, жестко фиксируя бедра, чтоб не вздумала отпрянуть назад. Насаживаю на себя, как бабочку на иголку.
От мгновенного кайфа из-за узкой нежности ее тела кружится голова.
А пораженное аханье, широко раскрытые в неверии глаза - еще больше доставляют удовольствия. Первые толчки - ме-е-едленно, так, чтоб вспомнила, каково это - быть со мной.
Давай, Чертовка, подчиняйся… Тебе понравится.
Ей явно нравится, потому что больше сопротивления нет.
Прерывисто вздыхает на каждое движение члена и обессиленно повисает на моей шее. Я одет, она раздета, контраст наших тел отражается в оконном стекле, и это смотрится очень горячо.
Словно я и в самом деле ее принуждаю, заставляю подчиниться.
Заводит невероятно. Обнимаю её, чуть ли не на себя усаживаю, позволяя только опереться на столешницу и начинаю вбиваться все сильнее и быстрее, ощущая себя захватчиком, даже, кажется, рыча что-то повелительное и очень возбуждающее, судя по тому, как Марту выгибает от кайфа подо мной.
Ни о чём не думаю в этот момент, всё внимание на проникновение, запах, дрожь.
Сильнее, сильнее, еще сильнее!
Снаружи так холодно, а внутри Чертовки так жарко, обжигает, засасывает. Обволакивает лилейной нежностью.
Я так хочу её! Я хочу в ней остаться! Мне не хватает, не хватает её! Мало!
Ещё толчок, вглубь. Глубже! Я хочу в неё. Безумие, просто отрыв головы!
Марта натурально рыдает, продолжая держаться за меня.
И ее залитое слезами лицо неожиданно хочется видеть внизу. Так хочется, что ускоряюсь, делая последние финальные рывки, и внезапно выхожу, жестко обламывая себя и ее тоже.
Стонет, тянется ко мне, да и я себя ощущаю на контрасте дико неуютно и неправильно. Но оно того стоит.
Вместо члена вставляю пальцы. Хватает одного, Марта узкая, а пальцы у меня… Нормальные такие."
"Хватая ртом её влажные пухлые губы, я с дикой остервенелостью двигаю пальцем.
