Я ставлю чемодан на большой стол, рядом с которым устроился Чертов. Он лишь кивает, показывая, что я нашла именно то, что он просил. Я больше не жду указаний — отщелкиваю замок, быстро соображаю, как именно чемодан раскладывается и подвигаю его ближе к Чертову. Потом иду к крану и проверяю напор воды.
Вода же точно понадобится?
— Вода идёт, — сообщаю Чертову и снова возвращаюсь к нему. — Ещё нашла ножницы.
Я ловлю его ладонь. Он хочет рывком сдернуть рубашку, хотя по лицу видно, что ему больно от каждого резкого движения.
Да и не резкого.
— Можно же срезать, — говорю ему, запрокинув голову и не разрывая зрительного контакта. — С этим я точно справлюсь.
— Не люблю видеть ножницы рядом со своим горлом.
— Я осторожно.
Я начинаю с локтя. Тяжёлое дыхание Чертова льётся прямиком на мои скулы, пока я делаю небольшое отверстие, а затем распарываю шелковую рубашку до воротника. Я сама не верю, что у меня не трясутся руки. Хотя судорожный возглас все-таки срывается с губ.
— Оно только выглядит дерьмово, — говорит Чертов, осматривая рану.
— Тут явно нужен врач.
— Врач будет, но не сейчас. Нужно переждать.
Он подбородком указывает куда-то в сторону.
— Что? — я не понимаю его.
— Мне нужно зеркало, — хрипит Чертов. — Посмотри в гостиной или принеси из машины. Можешь вырвать из салона.
Я машинально киваю и разворачиваюсь на каблуках. Потом замираю и смотрю на Чертова, но он опережает мой вопрос.
— Гостиная там, — он снова показывает подбородком направление.
Я пулей вылетаю в соседнюю комнату.
Хаотично разглядываю помещение и только спустя пару секунд понимаю, что нужно не вертеть головой, как истеричка, а искать зеркало! Заставляю себя выдохнуть полной грудью и тут же замечаю огромный зеркальный витраж, встроенный в стену. Слишком огромный… к тому же нужна кувалда, чтобы достать его. Но следом в поле моего зрения попадает стеллаж с фоторамками. К счастью, вместо некоторых фотографий вставлены зеркала для красоты.
То, что надо!
Я срываю фоторамку с полки и возвращаюсь на кухню. Вижу, как Чертов бросает использованный шприц и оседает на стол.
Он уже чем-то облил рану, кинув опустошенную упаковку под ноги, и успел сделать себе укол. Да, он точно не пропадёт. Будет терять сознание, но все равно продолжит карабкаться из последних сил.
— Зеркало, — я протягиваю ему находку.
Подступаю ближе и незаметно выставляю ладонь, чтобы была страховка. На его лице проступили плохие тени вместе с бледной краской, поэтому мне кажется, что он вот-вот свалится.
