— Но удивительным человека обычно называют, если не хотят называть странным или чудаковатым. В лучшем случае.
— Какой-то однобокий у вас взгляд на вещи.
— Уж какой есть.
— Не подумайте, что я и сейчас хотел вас оскорбить. Но я удивился бы сильнее, если бы увидел у себя на пороге снежного человека.
— Это с ним вы заговорили, когда открывали дверь? Успели подружиться?
— Я думал, приехала Катерина.
О-о-о… На моём лице, должно быть, явственно проступил вопрос, потому что настал его черёд пожимать плечами:
— Она задержалась по домашним делам.
Мы договорились встретиться на месте. Должна прибыть в течение дня.
Ясно-понятно. Тогда чем быстрее мы покончим со всем этим, тем лучше. У меня появился шанс не столкнуться с ней нос к носу, и я постараюсь этот шанс не упустить. Не слишком-то приятно мозолить глаза человеку, который по каким-то лишь ему ведомым причинам тебя не переваривает.
И Волков явно собирался мне с этим помочь.
— Думаю, самое время вам, Евгения Станиславовна, посвятить меня в тайну вашего неожиданного визита.
На фантазию я не жалуюсь, но сейчас она совершенно бессильна. Я надеюсь, наша компания не успела прогореть, попасть в руки инопланетян или тайного правительства за полтора дня моего отсутствия?
Уж лучше бы инопланетяне или тайное правительство…
Я тяжело вздохнула и потянулась за сумкой, где лежали драгоценные бумаги.
Глава 15
Волков долго-долго смотрел на бумаги, потом, наконец, перевёл взгляд на меня. Лицо — непроницаемая маска. Что-либо прочесть по нему я не смогла бы, даже если бы от этого зависела моя жизнь.
Внутри, несмотря на проглоченный горячий чай, заворочались ледяные булыжники.
Это конец, Миронова. Это точно конец.
— Вы переподписали документы вчера?
Я кивнула.
— Собрали все подписи заново?
— Ну, да. Все, кроме вашей.
— А сегодня прилетели сюда, чтобы получить мою, — безупречно ровным тоном закончил он свою мысль.
Я начинала откровенно волноваться. Зачем он спрашивает у меня очевидные, казалось бы, вещи?
— К-конечно. А как ещё?.
. В смысле, без вашей же подписи… Они же просили, ну, чтобы реальные подписи. В примечаниях к документам указано…
Я продолжала что-то мямлить, не в силах оторвать взгляда от его лица. Волков смотрел на меня так, будто я у него на глазах превратилась в того самого снежного человека.
— Миронова, вы…
Он, кажется, пытался подыскать нужные слова, и я невольно поморщилась:
— Что? Удивительный человек? Это хотите сказать?
Он не ответил, снова перевёл взгляд на бумаги.
