Если начнут звонить по поводу нашего контракта…
— Попроси их подождать.
— Я просто… Андрей Владимирович, я переживаю, что…
— Ольга, — прервал он, — прошу вас, выйдите. Не заставляйте меня вытаскивать вас отсюда силой.
Господи, это ещё что такое?.. Испугавшись лишнего шума, я отложила блокнот и ручку на край стоявшего у двери стула и повернулась к подруге:
— Оль, всё в порядке. Правда. Ты иди. Я сейчас буду.
— Я бы так не спешил, — ледяным тоном напомнил о себе Волков.
Я сглотнула, но сжала кулаки и послала Ольге ободряющую улыбку, хоть губы от волнения так и прыгали.
Она поколебалась, но всё-таки уступила — вышла и тихонько прикрыла за собой дверь.
Я повернулась. Я собрала всю свою волю в кулак. И наконец-то подняла на него глаза.
Странно… он выглядел очень уставшим. Костюм вроде бы сидел как обычно, то есть безупречно, выбрит и волосы зачёсаны назад с обманчивой небрежностью, но всё же…
Уставший, измотанный и будто даже похудевший."
"Внутри у меня всё как-то странно сжалось.
— Ты дома не ночевала.
Почему?
Я буквально остолбенела от такого начала.
— Откуда вы…
Синие глаза так и впились в меня. Тёмная бровь поползла вверх:
— Мы что, снова на вы?
И тут меня будто громом ударило — в голове с беспощадной чёткостью всплыло воспоминание о том, когда именно мы перешли на ты…
— Я… я у Оли ночевала.
Мой ответ, кажется, немного его успокоил. Он опустил плечи, покачал головой и пробормотал:
— Бред какой-то… Женя, я не понимаю, что происходит. Если честно, я впервые в жизни растерян настолько, что даже не соображу, как правильно начать разговор.
Со второго числа как не в себе.
Я вроде бы и слышала, что он говорил, но смысла уловить никак не могла.
— Я… я тоже не понимаю.
— Лихо, — с удивлением резюмировал он. — Значит, нас таких двое.
— Вы… ну… вы же… — я мучительно подыскивала слова, безнадёжно запутавшись в том, что собиралась сказать.
— Начнём с начала, — прервал он мои жалкие попытки выдавить из себя хоть что-то вразумительное. — Почему ты ни с того ни с сего сорвалась и уехала? Даже телефон свой умудрилась потерять.
— Он у вас? — вскинулась я.
Волков смотрел на меня исподлобья:
— Я тебе его не отдам.
— П-почему? — опешила я.
— Трофей. На память о женском коварстве, — он коротко пожал плечами, снизойдя добавить. — Куплю тебе другой.
От этих его слов у меня едва натурально не отвисла челюсть. Начинало казаться, я схожу с ума… нет, надо как-то умудриться реагировать на всё это по порядку.
