Содрогаюсь, когда теплые шершавые пальцы хватают меня за скулы и поворачивают голову к себе, вынуждая тонуть в его стальном, холодном взгляде.
— С твоей мамой будет все хорошо. Я разговаривал с профессором. Динамика хорошая, в скором времени ее выведут из комы, — убедительно, со знанием дела произносит он.
— Ты разговаривал с профессором? — для меня становится открытием то, что он интересуется здоровьем моей мамы.
— Да.
— Зачем? — растерянно спрашиваю я и уже сама без нажима заглядываю в его глаза, выискивая там ответы.
Деньги он заплатил, разве остальное должно его волновать?
— Я., - Константин усмехается и отпускает меня. — Немного перфекционист. И любое дело должно быть идеально.
Это просто сделка и его принципы. Он указывает мне, что свои обязанности выполняет на все сто и даже перевыполняет план. Того же ждет и от меня. А я уже подумала, что в нем есть доля человечности и сострадания.
— Поэтому не нужно расстраиваться, — добавляет он, отпивая чаю. — Пообедаем здесь или хочешь в ресторан?
— Мне все равно: как вы хотите, так и будет.
— Думаю, после того, что я с тобой сделал, ты не должна мне выкать, — ухмыляется мужчина, а я просто киваю. Наверное, это смешная шутка, но у меня нет сил даже анализировать то, что он говорит. Константин вдруг касается моих щек, лба и сводит брови.
— Ты больна?
— Нет, просто слабость, у меня так бывает, если сильно перенервничаю, — отвечаю, пожимая плечами.
— Что-нибудь болит?
— Нет, — прислушиваюсь к себе, но боли не чувствую.
— Ты вся горишь! — как-то недовольно произносит он.
Встает с места и уходит в одну из комнат, но быстро возвращается, надевая пиджак. — Вставай, поехали домой! — в приказном тоне кидает он и берет мой кардиган. Мужчина помогает мне одеться, берет за руку и тянет за собой.
— Светлана, вызовите мне Степана Андреевича домой и поскорее! — приказывает он секретарше.
Да, я, наверное, больна — меня знобит, и ноги не держат. Но я рада, что мы едем домой, где можно будет прилечь.
ГЛАВА 18
София
Плохо помню, как мы доехали домой, и как я оказалась в постели.
Все как в тумане. Мне очень хотелось спать. Но кто-то постоянно тревожил. То Наташа с горячим чаем с травами, то доктор — немолодой седовласый мужчина. Тихий голос Адамади, его тяжёлый запах, витающий в моей комнате, слова врача, о том, что мне нужно отдохнуть и какие лекарства принимать. Все это я слышала сквозь марево, обрывками, не понимая, где сон, а где реальность. Последнее, что помнила, — его руки.
