– Вернее, официально парочка разбежалась, когда Надьке десять исполнилось, на почве ревности скандал случился. Неужели не слышала? О нем тогда вся Москва судачила, до сих пор наши помнят, какой тарарам стоял. Да уж, нынешним звездам такое не устроить. У Ладожского квартира на Тверской, в доме около Центрального телеграфа, так из окон шмотки летели, мебель. Всю улицу завалили!
– Чего же он хотел? – вздохнула я. – Женился на девочке, ясное дело, она старичку рога наставила.
Еланская хмыкнула.
– Да нет, все наоборот.
Это Матвей любовницу завел, а Раиса его поймала. Прямо в кровати! Ну и устроила ему выволочку: мужнины пожитки по улице рассеяла, бабу голой по Тверской погнала. Народ чуть не умер при виде такого зрелища!
– Постой, – удивилась я, – если Ладожскому на момент рождения дочери исполнилось восемьдесят, то получается, что новую любовь он закрутил в… девяносто?
– Ага, – подтвердила Женька. – Говорю же, нынешние звезды слабоваты, куда им до великих стариков. Вот те жить умели! В общем, Раисе повезло, Матвей от нее к Верке ушел, но официально развод оформить не успел, умер.
Все нажитое Райке отошло, и уж, поверь мне, наследство сладкое. Раиска потом замуж не выходила, пить начала, что с ней случилось, не знаю. А Надька в шоколаде: квартира на Тверской, дача в Снегирях, муж богатый… Везет бабе!
– Почему же тогда она в Солнцеве живет?
– Балда! Там воздух свежий. Какая в центре экология? Даже крысы подохли!
– А где работает Надя?
Еланская развеселилась окончательно:
– Ой, не могу! За фигом ей служить, с такими деньгами-то! Ты бы пошла ломаться при наличии миллионов?
– Дома сидеть скучно.
– Ты, Лампа, натуральный лапоть. Надька по тусовкам шарится, она светская львица.
– Кто?
Женя издала протяжный вздох.
– Бездельница с бабками. Только разве можно такое человеку в лицо сказать? Вот журналисты и придумали оборот «светская львица». Это особи, посещающие почти все мероприятия. Кстати, по наличию на тусовке подобных дамочек судят о пафосности сборища. Они ходят лишь на вечеринки хай-класса, а на какой-нибудь день рождения пиццерии не отправятся.
Ясно?
– Угу, – ответила я.
– Злые языки говорят, что кое-кто из таких львов и львиц за свой визит денежки с устроителей берет, – разболталась Женька. – Про поэта Семкина точно знаю: ему конвертик предложи, припрет мигом. А где Семкин – там драка; где мордобой – там журналюги; где пресса – там фото; где снимки в «Желтухе» – там известность. Вот и зазывают Семкина на дни рождения.
