Может ли обманутая женщина оказаться самым горячим следом? И что если именно она сидит сейчас напротив нее, в сельском костюме девятнадцатого века?
— Вам известны имена других, с кем он встречался? — продолжала она.
Мадлен ответила, что нет. Ей не захотелось углубляться в это, она решила просто пойти дальше.
Чарли слишком хорошо понимала ее чувства. Ей и самой было известно, как легко поверить тому, в кого влюблена, хотя разум кричал до хрипоты, указывая на все нелепости. До того, как завести роман с Хенриком, она считала, что никогда не купится на все эти пустые разговоры.
Но влюбленность, или страсть, или что там это было, действительно в состоянии отшибить мозги — по крайней мере, временно.
— На самом деле, мне не хотелось бы об этом говорить, — сказала Мадлен. — Я предпочла бы забыть обо всем.
— Получается? — спросила Чарли.
Мадлен улыбнулась и ответила, что понемногу получается, время лечит все раны.
— Вы встречались с Фридой Пальмгрен? — продолжала Чарли.
— Смотря что вы имеете в виду под словом «встречалась», — ответила Мадлен.
— Я ее видела. Знаю, как она выглядит. Карлстад — городок небольшой.
— Но вы с ней никогда… не разговаривали?
— Нет. По крайней мере, я такого не помню.
— А Беатрис?
— Один раз. В городе. Густав предложил выпить по чашечке кофе, пока она спит в коляске, но она так и не заснула, так что… Но это было совсем недолго. — Мадлен посмотрела в окно. — Как вы думаете, она… в смысле — она жива?
— Этого мы не знаем, — ответила Чарли. — Но мы делаем все, чтобы найти ее как можно скорее.
— Да, наверное, это самое ужасное, — произнесла Мадлен. — Так и не узнать, что случилось. Пожалуй, даже лучше получить негативный ответ, чем всю жизнь прожить с неизвестностью.
— У вас есть собственный опыт?
— Нет, но если бы пропал мой ребенок, меня бы это убило.
— У вас есть дети?
Последовала небольшая пауза.
— Нет, — ответила Мадлен. — Детей нет.
Чарли вернулась к тому, ради чего приехала:
— Густав говорил с вами о ком-нибудь, с кем поссорился или кто ему угрожал?
— Нет, ссорился он в основном с женой.
— По поводу чего?
— По поводу всего на свете. Он часто говорил, что устал от нее, что она несамостоятельная и прилипла к нему, что он скорее чувствует себя сиделкой, чем мужем.
— Сиделкой?
— Да, у Фриды случались периоды, когда она была совсем плоха в психическом плане.
— И Густав вам об этом рассказывал? — спросила Чарли, подумав, какое это чудовищное предательство — обсуждать с любовницей психические проблемы жены.
