Итак, я покинул квартиру Вэнса, спустился на лифте, не поздоровался с шофером полицейской машины, хотя мы были знакомы, и зашагал по тротуару, ловя такси. Когда я назвал водителю адрес: дом 618 на Западной Тридцать пятой улице, тот заметил, что там проживает Ниро Вулф. «Прославились!» – вырвалось у меня. Вот как мне было плохо.
Вулф сидел в столовой и намазывал на хлебец свой любимый мягкий сыр. Когда я вошел, он поднял на меня глаза и вежливо сообщил:
– Фриц держит почки на огне.
Сделав три шага, я остановился и произнес еще более вежливо:
– Большое спасибо.
Вы были правы, как всегда. Их беседа ни к чему не привела. За Кирком был хвост и когда он был у нас, и когда ездил в отель, и когда прибыл на Хорн-стрит. Когда Пэрли Стеббинс заявился к Вэнсу, то уже знал, что Кирк там, и ничуть не удивился, увидев меня. Полиция забрала вашего клиента. Они нашли пишущую машинку, на которой был напечатан адрес на конверте и письмо. Она принадлежала Кирку, но девятнадцатого июля он обменял ее на новую. Поскольку за столом вы не говорите о работе, я поем на кухне.
Я развернулся – сущий дьявол – и отправился во владения Фрица.
ГЛАВА 7
В шесть вечера, то есть спустя почти четыре часа, в кабинете находились мистер и миссис Фагер. Они дожидались, когда Вулф спустится к ним из оранжереи. Она сидела в красном кожаном кресле, а он – в одном из желтых, стоящих перед письменным столом Вулфа. К моему удивлению, драка оставила следы на лице Фагера: припухший нос и небольшой синяк под левым глазом. Вот не думал, что у Кирка хватило мощи на такое, хотя голыми кулаками, конечно, физиономию разукрасить не составляет труда.
Пока не произошло ничего, что заставило бы меня изменить мое отношение к делу или мнение о его участниках. Когда я вернулся в кабинет после подогретых почек и гарнира, Вулф позволил мне отчитаться о разговоре и о потасовке в квартире Вэнса. В знак того, что он слушает, Вулф откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, но даже не хмыкнул, когда я пересказывал эпизод со Стеббинсом, хотя обычно задержание клиента выводит Вулфа из равновесия.
Заканчивая отчет, я сказал, что уверенность Вулфа в невиновности Кирка очень кстати, иначе развитие сюжета с пишущей машинкой могло бы его смутить.
Его глаза открылись.
– Я не говорил, что уверен в этом. Я говорил, что версия о том, будто убийца – Кирк, маловероятна, и готов повторить эти слова. Любой из соседей мог в его отсутствие получить доступ к той пишущей машинке на несколько минут.
– Конечно.
