Даже если князь его и не убил бы, то из дружины бы выгнал. И с наложницей разобрался. А после поставил бы десятником того наушника, что лживый слух ему передал. Потому что после происшедшего князь этот превыше всего верность стал бы ценить. Заметьте, дружинник наш ничего особо худого не сделал. Всего лишь намекнул о том, о чем попросили. Никого не обвинял, просто передал якобы слух. Но после всего случившегося он мне теперь не просто должен. У меня теперь его жизнь в руках. Особенно если я скажу, что у меня есть те, кто видел, как он колечко передал девке.
Что дальше?
— А что будет, если тот дружинник придет к князю и во всем признается? — предположил Игорь.
— Тогда все старания напрасно, — пожал плечами Сергей. — Но это вряд ли. Потому что дружинника тоже можно выбрать такого, что свой интерес выше княжьего ставит. И теперь этот десятник станет говорить и делать то, что я скажу. Потому что не только его жизнь, но и его честь теперь в моих руках. Но я его обижать не стану. Даже поддержу. Денег подкину, полезное подскажу что-нибудь.
Чтобы князь его еще больше ценил.
— И все равно не верю, что он яд своему князь подсыплет! — возразил Игорь. — Боги не простят!
— А кто ему скажет, что это яд? — вновь пожал плечами Сергей. — Обычное снадобье, чтобы спал крепче. Или чуть посложнее: подарить князю красивый кубок. Только сначала вином его наполнить, а потом поднести.
— Отравленным вином? — уточнил Игорь.
— Зачем отравленным? Самым лучшим. Яда в вине не будет. Он будет на дне кубка.
— Я теперь прежде, чем кубок у тебя принять, непременно прослежу, чтобы ты сам из него отпил! — заявил Игорь и засмеялся.
Не слишком натурально.
— У меня, княже, ты можешь даже яд принять без страха, — сказал Сергей, глядя прямо ему в глаза. — Я — родич твой и варяг. Если дам, значит, или яд тебе не опасен, или противоядие у меня под рукой. А перехитрить меня так, как я только что рассказал, вряд ли получится. Вот хоть у князя Олега спроси.
— Не получится, — усмехнулся Олег. — Тебя. И меня. Но мы, напомню, о Вниславе говорили, а не о тебе.
— О Вниславе, — согласился Сергей. — И рассказал я о том, как даже и верного человека на крючок поймать, чтобы объяснить, почему я не хотел говорить при Вниславе. Потому что он показался мне похожим как раз на того, кто на крючке. А насколько глубоко этот крючок проглочен, это уже не мне, а вам разбираться, князья киевские. А теперь дозвольте мне уйти. Пора хузарскую свинку кормить. Он из чужих рук не берет. Кусается.
