И при этом она никого ни разу не ударила и не отправила на порку. Ха, если не считать Жана-Филиппа, тому, конечно, досталось, но Орельен искренне полагал, что тот сам виноват. Зачем злить девушку, с которой можно просто договориться?
Первые занятия магией дались Анжелике очень тяжело - она никак не понимала, что от неё требуется и почему она не может взять своё собственное тело под контроль. Даже плакала от злости, они с Жакеттой тогда её долго утешали, рассказывали, какая она замечательная и что у неё всё получится.
Она посмотрела на них хмуро, спросила только -правда, что ли? - а потом встала и всё сделала. Сотворила три магических светящихся шара разного размера в нужной последовательности, и зажгла по очереди свечи - полтора десятка, тоже по очереди и ровно так, как надо было. И потом ещё - дрова в камине.
С водой было сложнее, но вода - она такая, требует не сколько силы, столько умения, а умения-то пока немного. Поэтому всё разливалось, куда не надо, ванна не хотела нагреваться, а лёд в форме для сладостей - замерзать.
Но с таким упорством, которое показывала Анжелика, всё это представлялось Орельену делом времени. За воздух же и землю они пока ещё не брались.
Но оказалось, что Анжелика, кроме чистых стихийных сил, слышит металл - это давало в будущем возможность создания артефактов. И магии жизни ей тоже щедро отсыпали -тренировалась на семечках, выросли у неё какие-то невиданные цветы огромного размера.
И ещё с ней было весело. Она обладала чудесной способностью смеяться над всем и всеми, и даже если минуту назад злилась и ругательски ругалась, то стоило увидеть что-то хорошее, то - сразу же прямо расцветала.
Ещё она была великой придумщицей всяких каверз, и в этом деле Орельен её отлично понимал. Ничего злого она не совершала, а повеселиться - святое ж дело!
И Анри дурак, что всего этого не видит и не слышит.
Жакетта
Спасибо тебе, господи, говорила Жакетта.
За то, что направил мою матушку в спальню моего отца семнадцать лет назад.
Потому что именно от отца я получила магическую силу, а если бы не она - не видать бы мне в жизни ничего хорошего, была бы прачкой, как мать.
За то, что мать работала на графа Безье, и он не повелел меня утопить, как поступали с магически одарёнными детьми крестьян и прислуги некоторые его приятели. А сам взялся объяснять, что и как с этой магией.
За то, что позволил побывать в монастыре святой Гертруды и поучиться там.
