2"
"— У-у-у! Кто у нас так хорошо погулял? — голос Олега застает меня в прихожей.
Согнувшись, пытаюсь стянуть сапожки и падаю, не удержавшись, на пятую точку. Затылок больно встречается с дверью. Всхлипываю. Прикусываю губу до крови, чтобы не разреветься.
— Что ты? Больно ушиблась? — муж подхватывает меня на руки и несет в гостиную. Мягкость дивана. Шуршание одежды. Звук расстегивающегося замка на сапоге. Тупая боль растекается от головы, спускаясь все ниже… Жжет уже где-то в груди, колет под сердцем. Так погано не было никогда.
— Прости, — не узнаю свой скрипящий голос.
— Ничего, сейчас заварю тебе зеленый чай. Сходишь в душ и баиньки. Завтра выходной, отоспишься, — продолжает меня вертеть, уже стягивая платье.
Родные руки делают это бережно, без резких движений. Он знает меня лучше других. Я — инструмент, настроенный только под него… Была. Стеклянными глазами смотрю на Олега, словно увидела впервые. Муж слегка набрал жирок, но не критично. Чувственные губы, легкая небритость. Зеленые глаза при свете ночника кажутся омутами.
Господи, я его не заслуживаю! Сколько заботы, внимания… ждал меня специально, не спал до двух часов ночи. На лице нет даже тени сомнения, что его жена могла что-то выкинуть.
— Спасибо, — слова цежу каплями. Теперь я вывожу каждую букву взвешенно, сдерживаюсь, чтобы не наболтать лишнего. Олег не узнает. Я не позволю одной ошибке испортить нам жизнь. — Как Миша? — перевожу тему от себя подальше.
— Наигрался в приставку и спит без задних ног… Даш, ты как себя чувствуешь? Слишком бледная.
Аспирин дать?
Убей меня, чтобы не мучилась!
— Давай. Таблетку.
Я осталась только в нижнем белье. Опускаю глаза, и паника прошибает разрядом двести двадцать… Трусы надеты наизнанку! Пока Олег роется в аптечной коробке спиной ко мне, тяну на себя платье и прикрываю стыд. Бьет озноб, нагоняя мурашки по телу. Во рту сушь даже слюной не раскатать.
— Нашел! Сейчас воды принесу, — хватает блистер таблеток и быстро направляется на кухню.
Едва муж скрылся из видимости, быстро откидываю платье в сторону.
Подняв бедра, стягиваю злосчастную тряпку. Вывернув на правильную строну, напяливаю обратно. Теперь розовый бантик спереди, как положено. Выкину их к чертовой матери, чтобы не напоминали! От ужаса зубы начинают стучать. Чуть не попалась с поличным, курица безмозглая! Но тогда я была не в состоянии различить, где правая рука, а где левая… Где потолок находится не определила бы. Все кружилось перед глазами в дикой пляске от пережитого стыда и шока.
