Прошло столько лет, но мгновения тех событий стоят перед глазами яркими кадрами.
Та встреча была не последней, к большому сожалению. С Олегом зареклись даже близко не подходить к границе чужого района — заброшенной стройке какого-то склада, помнив обещание главаря нагорновской группировки закопать прямо здесь, на пустыре.
Можно ли это было предотвратить? Не думаю. Как фаталист, верю в неизбежность. Отец заболел бронхитом, и за готовой микстурой нужно идти именно в аптеку запретного района. Положив рецепт в карман куртки, решаю проскользнуть, прикрывшись сумерками.
Пошла одна, друга не предупредив. Подумав, что одна небольшая девчонка будет незаметней, нежели толпа из двоих. И согласиться ли пойти со мной Олег, я проверить, если честно, боялась. Отцу нужно лекарство, без вариантов. Страшное гавканье стоит в квартире, батя разве что легкие не выплевывает. Мать с младшим братом на руках, и замученным взглядом…
«Час до закрытия. Я успею» — перебежками, постоянно оглядываясь, добралась до аптеки.
Протянув трясущимися руками рецепт, получила склянку со светло-коричневым раствором в обмен на мятую купюру.
Немного выдохнув, что в руках уже есть лекарство, крадусь осторожно, боясь выронить бутылку и разбить ненароком. Совсем стемнело. Фонари обесточены. Один вдали моргает тусклым желтым светом. Под его вспышки бьется сердце глухими ударами. Пахнет сыростью осенней и жженым луком тянет от одного из домов. Прислушиваюсь к каждому шороху…
— Эй! — хриплый голос во тьме заставляет подняться весь волосяной покров.
Ускоряя шаг, перехожу на бег, мысленно повторяя: «Пожалуйста! Пожалуйста!». Кого прошу? Кому молюсь? Не верила я тогда ни в черта, ни в Бога… Только в себя и в свои быстрые ноги. Ошметки грязи летят в разные стороны. Я, плутая зайцем, ныряю во дворы. Дыхание сбивается, обжигая легкие большими порциями кислорода.
Фух! Вроде бы отстал… Швыркаю носом, оборачиваясь назад.
— Привет, Симметрия! Снова заблудилась? — на плечо ложится тяжелая рука, сжимая в тиски.
— Лютый? — дергаюсь, прижимая к себе злосчастную бутылку. — Отпусти меня, пожалуйста. Я отцу лекарство несу. Отпусти! — пытаюсь договориться по-человечески. Колотит то ли от холода, то ли от ужаса, что забежала прямо в руки отморозка.
— Что мне за это будет? — вспыхивает фильтр от сигареты, освещая мужские губы. Мне жутко страшно. Парень выше на две головы. Его кожанка скрипит при каждом движении. В темноте не видно выражения лица.
— Денег нет, — выдыхаю.
