Радовскому теперь казалось, что он почувствовал то короткое мгновение ее присутствия у своего виска, в котором ошибиться нельзя и которое потом будет настигать и настигать, пока не превратится в навязчивую идею, в психоз. Поручику Гаеву он явно задолжал бутылку хорошего коньяка. Что ж, они ее выпьют вместе. Когда выберутся отсюда.
Воронцов сделал знак рукой, и пулеметчик прервал очередь. Радовский, вслушиваясь в затихший лес, понял, что вторую группу советской разведки они упустили. Слишком осторожными оказались красные.
В бой ввязываться не хотят. А что, если это вовсе не группа прикрытия, а основная группа? И пилот сбитого истребителя находится именно среди тех, кто только что повернул в лес, пытаясь обойти их заслон. Вполне вероятно. Но если его взвод сейчас увяжется за ними, другая разведгруппа может беспрепятственно уйти через линию фронта. И что они уносят с собой и кто среди них, неизвестно.
Он разделил свой взвод на два отряда. Поручику Гаеву приказал следовать за снайпером.
А сам с другой группой пошел через протоку. То место, где несколько минут назад вода кипела от взрывов и осколков, они обошли стороной. Надо гнать большевиков прямо на опорный пункт немцев, решил он. Если немцы ввяжутся в драку, они уже не выпустят никого.
Однако преследование советских разведчиков в обязанности его боевой группы не входило. После обнаружения самолета он со своими людьми должен охранять людей лейтенанта Шмитхубера. Вместо этого он оставил на Винокурне всего нескольких человек, которые и сами-то нуждаются в помощи.
Преследованием советских разведчиков должна заниматься другая группа. Но где она? Шмитхубер в своем донесении, конечно же, отблагодарит его. Все немцы, находясь в России проездом или в краткосрочной командировке, больше всего боятся партизан. Партизан и морозов. Хорошо, что сейчас лето. Остаются одни партизаны. Что ж, их появление в Чернавичской пуще не исключено. Хотя, пока здесь квартируют каминцы, партизаны вряд ли сюда вернутся.
Странно, почему замолчали минометы, спустя некоторое время подумал Радовский. Добраться до хутора Советы еще не могли. Не слышно стрелкового боя. Там, на опорном пункте, сидят старые вояки, просто так они себя взять не дадут."
"Снова над верхушками ольх и осин замелькала пара истребителей. Радовский пытался понять направление их полета и кого они видят с высоты. Кого они видят… Видят-то, возможно, всех.
