— А если с ним что-то случится?
— А мы на что, Сережа? Такого парня в обиду давать нельзя. Помните, мы сейчас сели на хвост бриллиантовой мафии. Два года назад начальник ГУУРа генерал Карпец подобрался к ним достаточно близко, и его сразу же перевели в начальники института МВД. В восьмидесятом раскрыли нападение на музей-квартиру Алексея Толстого. Вернули все ценности, кроме главной — французской броши старинной работы. По нашим данным, именно за ней шла охота.
Арестовали в январе прошлого года людей, ограбивших квартиру Ирины Бугримовой.
Ценности возвращены, кроме изумрудного гарнитура. Кольцо и серьги, работы знаменитого французского ювелира Шарпье.
Теперь ереванский банк. Там тоже похищены ювелирные работы Фаберже. Смотрите, как лихо получается. Налет, похищение ценностей, потом часть из них находится, а самое ценное исчезает бесследно. Словно кто-то специально планирует эти операции с учетом потерь.
Нам надо обязательно найти этого человека. Он и есть главное связующее звено между уголовниками и номенклатурой.
Мы должны на них выйти, ребята, иначе наша страна погибнет. Перемены нужны вот так. — Генерал провел рукой по горлу.
— Это кто там? Что за люди, Автандил? — послышался у буфетной стойки пьяный голос.
— Мои друзья, Пал Палыч. Солидные люди.
— Я же сказал, чтобы никого не было.
Михеев и Рудин оглянулись. К ним нетвердой походкой шел полковник милиции в расстегнутой форменной рубашке.
— Вот и поужинали в тишине и покое, — зло сказал Михеев.
— Вы кто такие? — Полковник угрожающе навис над столом.
— Вы бы привели себя в порядок, полковник, — жестко ответил Михеев, — вы же советскую власть представляете.
— Что? Что ты сказал?
Полковник находился в том состоянии, когда контроль над поступками практически утерян. Он, видимо, не совсем адекватно воспринимал обстановку. Но ему на помощь уже спешили двое в штатском.
— В чем дело? — К столу подошел высокий худощавый мужчина.
— А вы кто такой? — спросил его Баринов.
— Я-то начальник уголовного розыска Фрунзенского района, а вот вы кто?
— Я — полковник КГБ.
— Баринов развернул удостоверение.
— Значит, если вы из КГБ, вам можно безобразничать, пьянствовать, оскорблять руководителя подразделения милиции? Сейчас я вызову наряд и отправлю вас в отделение, а там мы поговорим.
— Сергей Григорьевич, — сказал Михеев, — они, видимо, хотят нам новый «несчастный случай» в метро устроить, идите позвоните.
Рудин двинулся к двери, но дорогу ему преградил плотный человек.
