— Сразу видно, мужчины вы самостоятельные. Пришли поутру воздухом подышать, кофейку попить, а не ханку спросонья трескать.
— Так вы же нам предлагали выпить, — лукаво прищурился Михеев.
— Так план, дорогие мои. А по мне, водки этой век бы не было.
— Муж пьет? — спросил Баринов.
— Отпился, сердешный, в тридцать пять лет богу душу отдал. Ну, кушайте, отдыхайте.
Официантка ушла. А на стол спикировал наглый воробей. Наклонив головку, он осуждающе посмотрел на людей круглым глазом. Словно говоря: вот вы здесь едите, а я?
Михеев отломил поджаристый кончик чебурека и бросил его птице.
Воробей клюнул, потом схватил подарок и улетел.
— Во, наглый, — удивился генерал.
— А вы в бар зайдите. Их там целый батальон. Шуруют по столам и никого не боятся.
— Так вот, Виктор Антонович, надо активизировать ваши действия.
— Борис Николаевич, да куда больше-то? Практически связь московских лидеров с торгашами доказана. Еще пару недель — и можно начинать их винтить. Только одно меня тревожит, опять получится, как в деле Ишкова.
Главные уйдут с почетом на покой, а к стенке поставят второстепенных фигурантов.
— Милый мой полковник. Я тоже об этом всегда думаю. Скажу вам честно, иногда мне кажется, что мы делаем пустую работу. Мой покойный отец любил говорить: «рыба гниет с головы, но чистят ее с хвоста». Все понимаю. Но если мне удастся лишить рычагов власти хотя бы одного нынешнего коррумпированного партийного вождя, мы сделаем для страны огромное дело.
— Так-то так. Но на их место приходят другие, и начинается все по новой.
Это как с тараканами на кухне. Насыплю борной, одни подохнут, другие убегут, а через месяц они снова по столу бегают.
— Значит, не надо сыпать борную?
— Надо, но это полумеры.
— Что вы хотите, Виктор Антонович, правящий класс начал разлагаться с восемнадцатого года, поинтересуйтесь архивами ВЧК и увидите. Но это все теория, давайте оставим ее историкам. Шеф назвал фамилию человека, которого мы должны начать активно разрабатывать.
— Кто же это?
— Рытов.
— Матвей Кузьмич, — Баринов чуть не подавился чебуреком, — зампред Совмина, генерал-полковник, член ЦК?
— Все верно.
— Но я же не могу пустить за ним наружку. Седьмой главк немедленно доложит Федорчуку, а тот в ЦК."
"— В то же время мы формально не имеем права брать в активную разработку партийную номенклатуру. Но мы же можем проводить мероприятия, якобы обеспечивающие их безопасность.
— На основании чего?
— Оперативных данных.
— Но такого агента у нас нет.
— Надо придумать.
