Черные глаза из-под оплывших век смотрели на Ельцова угрожающе и зло.
— Сколько вас было у Мохова?
— В квартире, товарищ генерал?
— Нет, в сортире, — хохотнул Кобулов.
— Четверо, товарищ генерал.
— Рапорта где?
— В деле, товарищ генерал.
Кобулов открыл папку, достал рапорта, пробежал их глазами.
— Ишь ты! Сговорились, а?
— Никак нет, товарищ генерал.
Кобулов порвал рапорта, бросил их в корзину."
"— Где ценности и задержанные?
— Ценности в сейфе, товарищ Гельцер приглашена для опознания, задержанные в КПЗ.
— Ценности старухе верните, а задержанных я заберу.
У нас к ним есть свои претензии. А ты, майор, иди служи дальше. Ты аттестован по МГБ или милиции?
— Майор милиции, товарищ генерал.
— Ладно, иди, молодец, быстро кражу поднял. А про Нагиева забудь и людям своим скажи об этом.
Но на этом все не закончилось. Мохова нашли отравившимся в своей квартире. Как ни старались оперативники, ничего в ней не обнаружили. Труп Веретенникова объявился в лесу под Коломной, когда стаял снег. Такие находки в милиции называют подснежниками.
Актрису Мелентьеву сбила насмерть неизвестная машина, прямо у входа в Театр драмы.
А в пятьдесят пятом, когда Ельцов уже стал подполковником и замначальника МУРа, он на Даунгеровке заловил налетчика-мокрушника Никанорова. Деваться Никанорову было некуда, на нем висело четыре убийства, совершенных с особой жестокостью, и он понимал, что его все равно прислонят к стенке. Поэтому и признался, что на квартиры богатых людей, имевших дорогие вещи, его наводил полковник Нагиев.
Никаноров и еще двое переодевались в форму МГБ в конспиративной квартире на улице Воровского, там же Нагиев давал им эмгэбэшные документы. Они приходили с ордером на арест и обыск, изымали ценности, а хозяев вывозили в песчаный карьер и расстреливали.
Потом, на конспиративной квартире, Нагиев забирал все драгоценности, а остальное барахло — меха, отрезы, пальто и костюмы они делили между собой.
Драгоценности уходили на самый верх, начальству.
Трупы из карьера забирал старшина из МГБ и отвозил в крематорий.
Ельцов задокументировал рассказ Никанорова, а потом начальник Главного управления Уголовного розыска сказал ему:
— Ты, Ельцов, сыщик классный, но об этом забудь, не наше это дело. Рапорт твой я в КГБ отправил, пусть чекисты со своими разбираются.
Потом следователь из военной прокуратуры, который вел дело Нагиева, рассказал ему, как братья Кобуловы вербовали уголовников и те по их наводке грабили и убивали людей, прикрываясь удостоверением МГБ.
