Тебя держат дети, те самые дети, которые были зачаты на скрипучей двуспальной кровати с облупленной деревянной спинкой. С наступлением темноты вы занимались любовью, и родилось шесть, семь, а то и десять детей. Тебя держат и банк, и автосалон, и магазин в Льюистоне, и производитель оборудования в Брансуике. Но крепче всего тебя держит город, потому что ты знаешь его как облупленный. Ты знаешь, кто будет днем ошиваться у магазина Кроссена, потому что потерял работу на обувной фабрике Нэппа. Ты знаешь, чья жена изменяет мужу, еще до того как тот сам об этом узнает.
Взять хотя бы Реджи Сойера: ему и невдомек, что жена Бонни трахается с парнем из телефонной компании. Ты знаешь в городе все дороги и куда они ведут. А в пятницу после обеда вы с Хэнком и Нолли Гарденером можете отправиться в парк и выпить пару упаковок или ящиков пива. Ты знаешь все окрестности и как в апреле пройти через болото, не промочив ног.
Ты знаешь про город все! И город про тебя все знает.
Знает, как болит у тебя спина после тяжелого трудового дня от неудобного сиденья в тракторе; что волдырь на спине всего лишь киста, так что беспокоиться не о чем, хотя сначала доктор и не был уверен; как ты собираешься оплачивать счета, которые приходят в последнюю неделю месяца.
Город видит тебя насквозь и не верит даже тем обещаниям, что ты даешь самому себе. Например, что отвезешь жену и детей в Диснейленд на будущий год или максимум через год, или что купишь новый цветной телевизор, если осенью удастся продать древесину, или что все образуется.
Жизнь в городе, по сути, является ежедневным половым актом, совершаемым на людях, причем настолько совершенным, что по сравнению с ним ночное общение с женой на скрипучей кровати кажется простым рукопожатием.
Жизнь в городе обыденна и чувственна, она опьяняет. С наступлением темноты город принадлежит тебе, а ты – городу, и вы вместе проваливаетесь в глубокий сон, становясь бесчувственными ко всему окружающему подобно валунам на дальнем поле.
Лишенные жизни, они только отмеряют дни, и когда на город опускается зло, его появление кажется предопределенным, сладостным и одурманивающим. Как будто город знает о приближении зла и о том, какую форму оно примет.
У города есть свои тайны, и он свято их хранит. Люди не знают всего. Им известно, что жена старого Элби Крейна сбежала с приезжим из Нью-Йорка, или им кажется, что они знают.