Неоспоримыми. Решила тоже за счастье побороться. Да разве нужно девчонкам «счастье» такое?
– Да уж, – растерянно отозвалась я, непроизвольно сжимая кулаки. Я и не знала, что способна испытать такую ненависть. Никто в жизни меня так сильно не злил. Даже Стас Калистратов своими выходками.
Света хотела еще что-то мне сказать, но тут же замолчала, уставившись на крыльцо. Я проследила за ее взглядом. На крыльце появился Кравец собственной персоной с двумя приятелями. Улыбающийся и довольный, как будто никакой ссоры с Алиной не было.
Света тут же поджала губы и отвернулась. Зато я смотрела на Эдика во все глаза. Громко разговаривая, Кравец спустился с крыльца и прошел мимо нас, словно не заметив. А может, действительно не увидел. Только у меня при виде его сияющей физиономии внутри все перевернулось. Захотелось его придушить прямо здесь, при свидетелях, посреди дворика пединститута. Не представляю, что пережила моя сестра, когда увидела компромат на своего жениха.
Эдик поигрывал ключами от машины и что-то с веселой улыбкой рассказывал своим приятелям. Вот они попрощались за руку, и Кравец двинулся к воротам. Там, за корпусом, наверняка была припаркована его машина. Мы со Светой проводили его взглядами и продолжили стоять на месте как вкопанные.
– Какой же гад… – наконец еле слышно проговорила Света. – Каково сейчас Алине? Где нам теперь ее искать?
Я кивнула Свете на прощание. Мне нужно было высказать все, что я думаю, этому подонку.
Не помня себя и совсем позабыв о стоявшей в стороне Казанцевой, я понеслась вслед за Эдиком. Выскочила за ворота и увидела знакомую прямую спину в сером модном пальто. Я прибавила шаг. Мокрый снег летел в лицо. Кравец свернул за угол дома и исчез в арке. Пока Эдик не сел в машину, я выкрикнула его имя. Кравец быстро обернулся и, увидев меня, нагло заулыбался. Будто только и ждал, что я здесь появлюсь.
– Здравствуй, Наташенька, – ласково начал он.
От его тона меня даже передернуло. – Тебя сестрица подослала ко мне? Или ты сама наконец изъявила желание?
– Никто меня не подсылал! – запальчиво ответила я. – И что означает твое «наконец»?
Кравец заулыбался еще шире:
– Да брось, будто я не вижу, как ты меня взглядом пожираешь все время.
– Ты с ума сошел? – искренне удивилась я. Если я его и пожирала глазами, то только полными пренебрежения. А теперь и ненависти.
