Небольшую, но пушистую, с голубым отливом хвои, с яркими шишками.
Клим, как узнал, бегом к соседям кинулся — елку помочь нарядить, а Петрович пошел запасаться к празднику подарками. Хорошо, когда три получки в один день получаешь. Вот и вспомнил о заветной мечте Клима, купил ему велосипед. Настоящий, взрослый. Ну и что с того, если сегодня сугробы выше крыши! Они не вечны. Зато теперь мальчишке легче будет лета ждать.
Валентине купил духи, Машеньке — конфет полный пакет. Разных. И себя не забыл. Приобрел часы.
Клим не знал о велосипеде.
Его Петрович на чердаке спрятал. До праздника. Пусть сюрпризом станет.
Интересно, как обрадуется, когда увидит подарок?
Петрович и сам торопил дни. Редко в жизни доводилось встречать праздники. Еле вечера дождался. Клим в тот день долго книжку читал. Радовался начавшимся каникулам. Хвалился табелем. В нем лишь одна тройка была. И та по пению.
— Этого мне не исправить. Курю. Оттого голос продымил. Но это в жизни не главное. Вон медведь совсем безголосый, а хозяин тайги.
А наш учитель хоть и хвалится голосом, но вся школа его козлом зовет, — смеялся Клим. А потом спросил серьезно: — Скажи, а тебе тетка Валя нравится?
— Я не знаю ее, Климушка. А не зная, что скажешь? Вижу, серьезный, добрый человек. Но для ответа на твое — маловато.
— А что еще надо?
— Добрые люди есть. Их много. Но чтобы нравилась, надо, чтоб ее само сердце признало.
— А мое, только ты не смейся, Машку уже признало! Я ей всю правду, насквозь, про себя рассказал. И про мамку. Она не испугалась, не отвернулась.
Только все сомневалась, что ты мне не родной. Да я и сам уже перестаю в это верить.
— Вот и хорошо, — согласился Петрович.
В тот день, едва Клим уснул, Ованес достал с чердака велосипед. Завел его в дом. Поставил напротив койки мальчишки.
Утром, едва пацан проснулся — глазам не поверил. Подскочил к велосипеду, стал ощупывать, уж не приснился ль? Бросился в спальню Петровича, но тот уже был на работе.
Ованес и не ждал, что мальчишка прибежит к нему. А он хотел узнать, ему ли куплен велосипед и насовсем ли?
Он ухватил Петровича за шею, прижался щекой к небритому виску:
— Ты такой добрый, лучше Деда Мороза.
Как хорошо, что я тебя нашел. Ты мне один за всех. Самый большой праздник и подарок…
А вечером, умывшись и переодевшись во все чистое, они пошли в гости к соседям.
Пока ребятня веселилась около елки, Петрович с Валентиной разговорились на кухне.
— Где хозяин, давно ли без него маетесь? — глянул Ованес в усталое лицо женщины.
