Но успела увидеть обоих правнуков. Федор боялся малышей на руки брать. Уж слишком маленькими они были.
С невесткой общался мало. Она — всегда в работе, в заботах. Спокойно ни минуты не сидела. Насте куда как легче жилось. Эта и работает, сама детей растит, учится! И всюду успевает. Андрей лишь по магазинам ходит. И то помощь. Времени у них маловато. Видятся лишь ночью, когда у сына нет дежурства."
"— Трудно тебе? — спросил как-то невестку. Та не поняла. Улыбнулась, покраснев до ушей. Ей об этом даже думать было некогда.
Сын, конечно, спросил, когда отец вернется домой навсегда.
Федор не стал врать, обещать пустое:
— Если все нормально сложится, заработаю пенсию и приеду. Чтоб в старости не бедствовать и на твоей шее обузой не сидеть. У тебя своих забот хватает. Ну, а я уже и внукам буду нужен. Теперь, пока силы есть, надо их на ноги ставить…
Старший внук, его Андрей назвал Олегом, перед самым отъездом назвал Никитина дедом. Целую неделю учился выговаривать это трудное слово. Картавил, забавно морща лоб и нос.
А когда Федор уже с чемоданом к двери подошел, мальчишка как заплачет! И закричал громко, просяще:
— Дед! Деда!
У Федора чемодан из рук чуть не выскочил. Оглянулся с порога. А внук тянет к нему ручонки, зовет, просит вернуться…
«Значит, полюбил меня, непутевого. Признал своим. Ждать будет. Может, этому малышу в жизни светлее будет, может, повезет. Ох как незаметно идут годы. Кажется, только вчера внучок говорить начал. А нынче уже письмо от него пришло. Видно, очень старался. Вон как буквы выводил.
Одна к другой», — погладил конверт Никитин и бережно спрятал в карман. Читать его он будет обстоятельно, в палатке. В тепле положено читать дорогие весточки.
Никитин подъехал к берегу. Причалил лодку понадежнее. Взвалил на плечи рюкзак, мешок с хлебом, пошел наверх к теплушке.
— Приехал, Федя! Как хорошо, что вовремя. Тут ребята медведя с испугу убили. Мяса — прорва! На целый месяц хватит. Этот лохмач из берлоги вылезти хотел. Шум ему помешал. Не понравилось. А ребята в это время ель свалили.
Придавили насмерть, — встретила Фелисада бригадира. И добавила тихо: — Тут тебя Кокорин ищет. С час назад приехал. На катере. Как вы с ним разминулись, ума не приложу. Вон идет. Чего-то он злой сегодня. По лицу видно.
— Здорово, Федя! — протянул руку и предложил: — Зайдем в палатку, поговорить мне нужно с тобой.
Едва присели, управляющий голову опустил:
— Возьми к себе моего Мишку. После института. Пусть у тебя года два, если выдержит, повкалывает.
