Когда до базы оставалось не больше двух километров, а заносы стали сплошными, Ирина выбилась из сил:
— Не могу, Серега! Прости. Сил нет так за жизнь биться. Она того не стоит. Оставь меня. Иди на базу сам. За вездеходом иль трактором. Я тут тебя подожду.
— Ну нет! Вставай!
— Не могу!
— Говорю, шевелись, дура! — заорал Сергей, разозлясь.
— Не вопи. Иди на базу.
— Живо вскакивай! Развалилась тут! Подайте вездеход под сраку! Хороша будешь и пешком! Ну, живо! — кое-как вырвал Ирину из кабины.
Еще сотня метров позади.
Но новый занос выше прежнего. Крепостью на дороге встал.
Сергей из сил выбивался. Ему кажется — этой дороге не будет конца. Пошатываясь, он уже механически раскидывал снег. Он продрог до костей. Устал так, что ноги отказывали, лопата вылетала из рук.
Сергей вернулся к кабине, чтобы закурить, заодно попытаться вытащить Ирину, не дать ей замерзнуть.
— Ирка, Ирина, давай закурим. Эти заносы последние, моя девочка! Уж их нам грех не одолеть.
— Отстань.
— Тебе жить надо, понимаешь? Ты такая сильная…
— Не хочу силы, — отвернулась Ирина, еле раздирая смерзающиеся губы.
«Как растормошить ее?» — глянул в бледное лицо. И, схватив за плечи, тряхнул изо всех сил:
— Возьми себя в руки!
Ирина равнодушно смотрела перед собой. Этот взгляд пугал. Из него, казалось, уходила жизнь.
— Беги. Сам…
— Куда же я один? Не могу я без тебя! Совсем не могу. Вставай, Иринка!
Она слабо улыбнулась."
"— Это правда? — спросила еле слышно. И до Сергея только теперь дошло, что она приняла его слова за объяснение в любви.
А он… Он не смог бы вернуться без нее на базу, смотреть в глаза людям. Но… «Может, хоть это заставит ее выжить? — мелькнула мысль. — Да и чем она хуже других? На три года старше?» — усмехнулся, оглядев сугробы, которые, стоит расслабиться, не то о возрасте вспомнить не дадут, саму жизнь отнимут.
— Иди ко мне, — протянул руки к Ирине. Та доверчиво потянулась к нему. — Я хочу, чтобы ты жила. Для меня! Понимаешь?
Ирина едва приметно кивнула. Тепло от ее дыхания скользнуло по лицу.
— Пошли. — Сергей взял ее с сиденья на руки. Закружил, завертел, заставил дышать, а потом и двигаться.
Раскидав еще два заноса, они едва вползли в машину. Обледенелые, они чудом смогли взобраться на сиденья.
— Поехали, — завел машину Сергей. Грузовик, простуженно откашлявшись, трудно сдвинулся с места. Поехал, скрипя и охая, по сыпучему снегу.
— Ты любишь меня? — услышал Сергей и, глянув вперед, увидел новый занос, может, последний перед базой, а может, и нет.
