А мы, судя по началу нашего брака, вполне можем очень достойно провести это совместное время.
В общем, выходные были хорошими. Жаль, что быстро закончились.
В понедельник пришло время отправляться на работу.
— Ты до скольки сегодня? — спросил Ремизов, когда мы уже собранные стояли в прихожей. Я – в джинсах и толстовке, с рюкзаком за плечами, муж – в строгом костюме с и галстуком.
— До одиннадцати.
— Утра?
— Смешно, — хмыкнула я, — вечера, конечно.
— А завтра выходной?
— Завтра то же самое и послезавтра, и послепослезавтра.
Я в таком графике пять дней в неделю. Иногда приходится выходить по субботам, но там всего часов на пять-семь.
Ремизов удивленно развернулся ко мне:
— Ты в курсе, что крепостное право давно отменили? Такой график – это нарушение трудового кодекса.
— Я до пяти на первой работе, потом к шести побегу на вторую.
Его удивление стало еще выразительнее:
— А третьей работы у тебя случайно нет?
На это я честно призналась:
— Пробовала, но не вытягиваю. Спать по три часа в сутки очень тяжело.
Я выдержала месяц, потом все. Сломалась.
Кажется, у него дернулся глаз.
Марат снова отвернулся к зеркалу, как-то раздраженно поправил узел на галстуке, а потом жестко сказал:
— Моя жена так работать не будет.
— Да я привыкла…"
"— Отвыкай. Недостатка в деньгах нет, потребности так надрываться тоже. Я не говорю, что ты должна сидеть дома и киснуть над щами-борщами, и до посинения драить полы и вытирать пыль, в погоне за уютом. Работа нужна, но не такая чтобы по приходу домой замертво падать на кровать.
Убиваться в таком графике можно только есть либо гигантские обязательства и аврал, либо настолько горишь своим делом, что жалко тратить время на такую глупость, как сон. Она должна в первую очередь приносить удовлетворение.
Я не стала говорить о том, что гигантские обязательства – это как раз моя ситуация. Лечение матери требовало столько денег, что я физически не смогла бы расплатиться, спокойно похаживая на одну работу.
— Я удовлетворена. Более чем…
Ремизов прервал меня нетерпеливым жестом:
— Сегодня напишешь заявление об уходе на всех своих работах.
— И что потом? Буду обивать пороги в поисках нового места?
— Я решу этот вопрос. Вечером у тебя будет несколько вариантов на выбор. Посмотришь, подумаешь, остановишься на том, что тебе больше по душе.
От его уверенности я даже растерялась:
— Надо же, как у тебя все просто.
— Потому что это действительно просто, Есь. И я не понимаю, почему твой брат тебе не помог.
