— я подхватил ее на руки и унес обратно в комнату. Сам сел на диван, ее усадил к себе на руки, натянул на нас плед.
И так просидел, укачивая ее как ребенка, пока она не начала успокаиваться. Гладил по спине, что-то говорил, а сам с трудом сдерживался, чтобы не рвануть к Матвею прямо сейчас. Никто не смеет обижать мою жену. И пофиг какой у нас брак.
Наконец, она судорожно, глубоко вздохнула и немного расслабилась.
Я аккуратно ссадил ее на диван, замотал в плед, потому что тряслась как осиновый лист на ветру, принес с кухни стакан воды.
— Давай, Сень, рассказывай. Я должен знать, в чем дело.
Она сдалась. Тяжело проглотила воду и мёртвым голосом произнесла:
— Он угрожает навредить моей матери, если я не буду его слушать.
***
— Бред. Она в хорошей клинике. Кто ей там навредит?
Есения уныло шмыгнула носом:"
"— Запросто навредят. Он уже демонстрировал это. Стоило мне не согласиться с ним, как позвонил врач и сказал, что у матери был неожиданный приступ.
Абзац.
— Если это действительно так, то врача – вздернуть.
— Это не он. Я уверена. Альберт Семенович отличный специалист, и отношение к матери у него самое что ни на есть серьезное и профессиональное. Это кто-то другой. Может, из персонала, может, со стороны. Не знаю кто, но они там. Рядом с матерью, и в любой момент могут до нее добраться. Даже глазом моргнуть не успеешь…
— Почему не перевела ее в другую клинику?
— Как? У меня денег нет. Отец не оставил ни копейки, а лечение стоит очень дорого. Матвей оплачивает все больничные счета, я ему должна…
— Давай-ка все с самого начала, — меня бомбило.
— Хочу понять, как вы до этого докатились.
— После аварии, он просто оплачивал ее счета, не забывая повторять, что я его должница, и буду расплачиваться, когда придет время. Потом…— она залилась бордовым румянцем, — потом сказал, что я обязана выйти за тебя замуж, потому что это нужно ему для бизнеса. Я ведь сначала хотела отказаться от нашего брака…
Голос обреченно смолк. В глазах отчаяние.
Я тоже согласился на этот брак под давлением и со своим умыслом.
Но мои причины по сравнению с тем хаосом, что творился у Сеньки в жизни – просто детский лепет.
— Матвей пригрозил, что если застопорюсь, то это отразится на здоровье матери, что не только перестанет оплачивать ее лечение, но и сделает еще хуже. Я не могла этого допустить, поэтому согласилась на все условия, которые он выдвигал… Почти на все.
— Почти на все?
Она покраснела еще сильнее, хотя казалось, что куда уж больше.
