Я врезалась в его мощную грудь, а этот медведь переложил руки на мою талию, развернул к столу и лихо усадил на него, каким-то непонятным образом оказавшись близко ко мне, моя нога при этом оказалась заброшена ему за спину.
Всё случилось так быстро, что я и сообразить ничего не успела, да и не ожидала подобного от бывшего – чего ему стукнуло друг по голове?
– Д…Демид, – надавила я руками на его грудь в попытках остраниться. – Ты с ума сошёл? Убери руки!
– А раньше тебе нравилось, – смеялся этот гад мне в лицо, видя, что я реагирую и дёргаюсь от его касаний.
Слишком жарких и откровенных. Он что – в самом деле задумал меня тут разложить на этом столе, в ресторане, пусть бы и кабинка закрытая? Тут рядом юрист бродит…
Что вообще происходит? Мой мозг отказывался это понимать, зато тело стало гореть от его касаний…
Да, этот чёрт бородатый остался таким же необузданным и сексуальным, он умеет приласкать женщину, его руки всегда влияли на меня совершенно магическим образом… Таким магическим, что за столько лет после развода в моей постели так никого больше и не появилось – я просто не смогла.
Не смогла никого к себе подпустить.
Не те руки, не те глаза, всё не то.
Все – не он.
Этот гад был счастлив, заводил любовниц направо и налево, а я, как дура последняя, слёзы свои глотала над телефоном, ожидая, что он позвонит или напишет.
Я не взяла бы трубку. Но всё равно ждала.
Хотела знать, что он тоже тоскует о сделанном, что меня потерял, что тоже тосковал по мне…
И он иногда писал.
Но я не отвечала, и наши контакты и пересечения свелись лишь к походам в суд на развод…
Я думала, что переболела им, смогла забыть, только теперь его горячие пальцы на моей шее мне говорили о том, что это не совсем так…
Он гладил меня, обжигал дыханием моё ухо.
– Помнишь, как ты кайфовала со мной? По несколько раз за ночь… Ты так красиво и эротично стонала, что я мог ночи напролёт с тобой… Тигрица.
Я едва не закрыла глаза от удовольствия, которое растекалось по телу вопреки моим желаниям.
А точнее, как раз созвучно им, вопреки разуму, конечно… Ещё немного и я позволю себе лишнее…
– Ремизов, – постаралась я говорить твёрдо. – Я ничего уже не помню. Понятно тебе? Неужели ты думал всё это время, что особенный? Я тебя забыла давно. Не льсти себе. И отпусти меня. Ну!
Я пихнула его, но эта глыба не двинулась с места. Наоборот он начал напирать сильнее и просто уложил меня на стол, сопротивляться ему у меня сил бы не хватило.
