И нет… это не забота с ее стороны! Совершенно точно не забота! Это всего лишь благодарность за радость, которую он доставил их дочери! Окончательно убедив себя в этом, Стася еще раз нажала на звонок. А потом и еще разок — более настойчиво, ибо открывать дверь Ян не торопился.
Сказать, что она была возмущена и раздражена этим фактом, ничего не сказать. Мало того, что чувствовала себя скверно и умирала от смятения, стоя у него на пороге, как неприкаянная, так еще и устала страшно держать эту дурацкую сумку.
Почти неподъемную, между прочим. У нее уже пальцы онемели под ее тяжестью, и кожу ладоней резало скрутившейся ручкой, больно впивающейся в плоть. Но ей некого было в этом винить.
Разве что, саму себя. Это же она к нему приперлась, как дура последняя.
Без звонка, без предупреждения. А Ян… может его вообще дома нет?
Набрав воздуха в грудь, Стася обессиленно прислонилась плечом к стене.
А секундой позже, поставила сумку на бетонный пол, едва не застонав от облегчения — как же сильно ныли руки.
Разминая их, Стася знала наверняка, что обратно ничего не потащит. Оставит передачку у двери, и уйдет без зазрения совести. Только… только попробует достучаться до него еще разок.
Но делать ничего не пришлось — щелкнул замок и дверь тихо распахнулась."
"На пороге возник Костров, выглянул наружу, никого не заметил — Стася стояла чуть в стороне, и собирался уже вернуться в квартиру.
Благо она вовремя спохватилась — окликнула его коротким и требовательным:
— Ян?!
И напряженно вжалась в стену, когда он повернул голову на звук.
Слишком уж медленно. Потерянно. Заторможенно. С трудом сфокусировавшись на ее лице, он вперился в нее остекленевшим взглядом.
Тусклым и лихорадочным. Только сейчас Стася и оценила масштабы катастрофы. Яну и впрямь было хреново. Бледная кожа. Болезненный измученный вид. Испарина на лбу и висках. Взъерошенные, мокрые от пота волосы. Тяжелое рваное дыхание. Его буквально шатало от слабости.
Он, едва на ногах держался. И все же прохрипел простуженным голосом:
— Ты?
— Я, — кивнула Стася, нервно хихикнув.
— Ты только не подумай, что…
И осеклась, когда он отступил в сторону, пропуская ее внутрь.
— Нет, — выдохнула она, ощущая предательскую дрожь во всем теле. — Ты не так меня понял. Я пришла по просьбе твоих родителей. Они беспокоятся о тебе. Волнуются. Вот, продукты тебе передали. Все свежее, теплое еще…
Будто не слыша ее, Ян попятился, явно собираясь скрыться в недрах квартиры.
