– Наглые, – прокашлявшись, завершил доклад Звягин. – Сдаваться и не думают. Я им: «Хенде хох!» А они на меня кинулись и – из автоматов. Насилу вот…
Нелюбин выслушал доклад связного, не отрывая глаз от бинокля.
– Звягин, – сказал он. – На тебя, брат, последняя надежа.
Звягин сразу насторожился, уже зная, что ничего хорошего эти слова ротного ему не обещают.
– Видишь, что на дороге делается. Сейчас мы и третий взвод потеряем. Гудилин залег. Пересвятова он из окопов не выпустит. Возьми противотанковую гранату и, пока он занят окопами, обойди его вон тем березнячком.
Звягин посмотрел на ротного с такой тоской, что Нелюбин невольно выругался.
– Ну некого мне больше послать!
Звягин посмотрел по сторонам, будто пытаясь уличить ротного в том, что тот не прав, что кругом много народу. Вон и пулеметчики бездельничают, нашли время патронами ленты набивать. И минометчики Сороковетова могли бы…
– На тебя у меня вся надежа, Звягин. – И, посмотрев в упор на Звягина, вдруг закричал: – Давай, ектыть, не мешкай! Исполняй приказ!
Мгновенно всплыло в памяти, как вот точно так же на Днепре, на плацдарме, он посылал Звягина к пулеметчикам, проверить, остался ли в овраге кто живой.
В тот раз Звягин тоже долго отказывался. Но потом пошел и выполнил приказ. И был благодарен ротному за то, что тот помог ему преодолеть себя. Звягин помнил тот случай крепче Нелюбина. Вернее и надежнее связного у ротного с тех пор не было.
– Ладно, старшой, двум смертям не бывать.
А одну я уже пережил. Но если со святыми упокой, то отпиши моим, что, мол, смертью храбрых…
– Что ты, Звягин, мы с тобой еще, ектыть, по Германии пройдем! Победным маршем! Еще водочки ихней попьем!
– Водка у них, старшой, дрянь. И часы дрянь, штамповка. А бабы, ничего, красивые.
– Насчет баб не знаю, не скажу.
– А я знаю. В хате видел. Там, в деревне, где они жили, вся стена ими обклеена.
– Так это ж срамные.
– Какая разница. Все равно – бабы, немки.
Звягин сбросил вещмешок, достал завернутую в комплект запасного белья противотанковую кумулятивную гранату РПГ-43. Подтянул ремешок каски и вдруг деловито заметил:
– Нет, старшой, на такой войне побывать и немку не попробовать…
– Давай, давай, Звягин, не подведи. Танки ихние пожжем – и все немки наши.
– Как же нам трудно эти немки достаются. Хоть бы посмотреть на них… Говорят, старшой, такие же бабы, как и наши. Обидно будет, если это правда.
