– А во второй комнате ты был?
– Нет.
Я уже понял свой промах и начал злиться, причем больше на Нану, чем на себя самого.
– Почему ты уверен, что социологией занимается Владимир Олегович, а не его жена? Ты его спрашивал? Почему ты уверен, что никто из них не увлекается поэзией?
Ну дурак я, дурак, согласен, зачем же сыпать соль на рану?
Но личное знакомство с братом хозяина дало мне все основания говорить об этом с Даной, что я и принялся делать во время массажа. Девочка разговор о дяде поддерживала с удовольствием и сообщила мне, что Владимир Олегович, оказывается, действительно социолог, доктор наук, а Муза Станиславовна – тоже доктор, только искусствоведения.
В общем, такая научная парочка.
– У них есть дети? – спросил я, не особо доверяя собственной памяти.
Вроде бы Владимир что-то такое брякнул о том, что у него детей нет, но, может, мне показалось?
– Нет.
– А что так?
– Тетя Муза очень болеет, она совсем слабенькая, – ответила Дана.
Я в медицине, тем более в женских делах, разбираюсь слабо, и ответ меня более чем удовлетворил.
Тем паче жена Владимира действительно производила впечатление слабенькой и болезненной.
– Твоя тетя Муза, наверное, стихи любит, – заметил я.
– Да что вам дались эти стихи! То вы про папу спрашивали, то про тетю Музу, – сердито проговорила Дана. – Тетя Муза занимается живописью эпохи Возрождения. Стихи тут совершенно ни при чем.
Ну да, ну да… Лучше поощрять молодых поэтов и немногочисленных ценителей их творчества, чем переводить деньги в больницы и детские дома, где есть опасность, что все украдут.
Помню, как же. Когда я передал эти объяснения Нане Ким, она долго хохотала, а потом стала серьезной и сказала:
– Пашенька, это все для дураков. Для подростка пятнадцати лет подобные резоны вполне годятся, но не для меня. У серьезных людей за принятием тех или иных решений, особенно решений финансовых, решений о том, куда вкладывать деньги, всегда стоят очень серьезные аргументы и мотивы. А Михаил Руденко – человек весьма и весьма серьезный. Постарайся все-таки узнать, не корешится ли он с криминальными авторитетами.
Легко сказать… А как сделать? Но вариант подсказала все та же Нана, когда я отчитывался о субботнем дне и знакомстве с семьей папаниного брата.
– Значит, говоришь, Михаил Олегович с супругой и племянницей отправились на открытие клуба в Никольском? – задумчиво проговорила она. – Мой шеф тоже поехал. А ты поговори с племянницей, порасспрашивай ее, как там все было, кто был, с кем она познакомилась.
