Чего стоит один только пример: мы занимаемся с Даной в «тренажерке», слышится дверной звонок – и девочка даже не вздрагивает, не поднимает голову, прислушиваясь и стараясь понять, кто пришел. Только Владимира Олеговича она чувствовала безошибочно и всегда реагировала на его приход, все прочие передвижения, приходы и уходы членов семьи оставляли ее равнодушной. Ну как такое может быть? А ведь эта ситуация повторялась ежедневно. И то же самое происходило в столовой, если мы с ней вместе обедали. Звенел звонок, домработница Нина шла открывать, я замечал:
– Кто-то пришел.
И в ответ получал молчаливое пожимание плечами. Мол, не знаю, и мне неинтересно.
При этом Юля вела себя совершенно иначе. Если в момент появления папани она была дома, то непременно мчалась по коридору, оглашая все немаленькое пространство звонким восклицанием:
– Дядя Мишенька пришел!
К слову заметить, приход Ларисы Анатольевны такой помпой не обставлялся, и я ни разу не слышал, чтобы Юля назвала ее «тетей Ларочкой».
Не говоря уж о том, что приход с прогулки или еще откуда-нибудь бабки Анны Алексеевны не вызывал у юной очаровашки вообще никакой реакции. А несчастную затюканную Лену с ее резвым Костиком в этом доме просто не замечали. С ней даже не разговаривали за столом. По крайней мере в те несколько раз, когда нам доводилось оказаться вместе в столовой.
Я уже говорил, что я не великий психолог и не великий педагог, могу к этому добавить, что я и не великий аналитик и как-то не привык задумываться над тем, что вижу и слышу.
То есть вижу я хорошо и на слух не жалуюсь, все подмечаю, но никогда не обдумываю и не пытаюсь анализировать, как некоторые. Поэтому те странности, которые я замечал в доме Руденко, тихонько оседали в моей голове и никаких дополнительных знаний не приносили. И только в тот момент, когда я оказался в квартире Владимира Олеговича, количество странностей переросло в качество и заставило меня начать думать. Хотя и думатель из меня… в общем, примерно как и сыщик.
Я все больше привык по части мужского обаяния и мускульной силы."
"Еще не успел пройти первый шок от того, что в семействе Руденко, оказывается, имеются красивые (а Владимир показался мне просто-таки голливудским красавцем) и доброжелательные мужики, как меня с головой накрыл шок номер два под названием Муза Станиславовна. Вот хоть режьте меня, хоть расчленяйте – никогда не поверил бы, что у ТАКОГО мужа может быть ТАКАЯ жена.
