Дом отсюда не было видно, но что-то мне подсказывало, что его уже давно навестили мародеры.
– Ты недоедаешь? – продолжил глупый допрос Йован.
– Перестань! Яблоки все равно скоро все опадут. Жалко.
Забор оказался довольно высоким. Я, задрав голову, стала думать, как лучше попасть на чужой участок.
– Ты знаешь, что из-за одного яблока разгорелась Троянская война? – не отставал Йован.
– Да-да, – задумчиво отозвалась я, – а еще яблоко – запретный плод. Начало конца.
Я бросила велосипед посреди дороги. Вокруг не было ни души, только стрекотали кузнечики.
– Давай, подсади меня.
– Мне кажется, тебя в детстве мало пороли, – в шутку проворчал Йован, слезая со своего модного дорогого велика.
– Ах, если бы! – театрально вздохнула я.
В детстве мама лупила меня за любую провинность. Да так мастерски, что после ее побоев не оставалось ни следа. Отец даже не догадывался, что мама когда-то поднимала на меня руку. Он в ней души не чаял и подумать не мог, что она так со мной поступала. Теперь я, конечно, не давала себя в обиду, а раньше… Как же я ее боялась! Мы с отцом делились всем на свете, но это единственное, что я ему рассказать не могла.
Стыдно рассказывать об этом хоть кому-нибудь, тем более отцу. Думала, что он все равно мне не поверит.
Йован послушно подошел ко мне практически вплотную. И я снова испытала непонятное волнующее чувство превосходства, что он подвластен мне и сделает то, о чем я попрошу. Или просто ему на даче совсем нечем заняться, раз он готов вписаться в любую дурацкую авантюру.
Йован ловко подсадил меня. Я перекинула ногу через забор и, спрыгнув, приземлилась в высокую траву. Сам Гарбич тут же перемахнул через забор вслед за мной. Мы оказались в тенистом заросшем саду. Домик был в плачевном состоянии. Крошечный, кривой, с заколоченными фанерой окнами. На чердаке сверкали выбитые стекла. Но страшно не было. Наоборот, как-то тихо и умиротворяюще.
Яблоки лежали на земле, многие уже подгнившие. Я залезла на дерево и принялась трясти ветви. Крупные яблоки со стуком падали на землю.
Я спрыгнула с дерева и принялась складывать их в подол платья. Йован снял с бедер толстовку и закинул яблоки в капюшон. Мы молча ползали под яблоней, едва не сталкиваясь лбами. Все это было похоже на сюр. Под кроной дерева царила прохлада. Я представила себе на месте Йована Леню и издала нервный смешок. Вот кто точно не поддался бы на мою глупую авантюру.
Йован удивленно посмотрел на меня.
– Правда или действие? – спросил он.
– Правда, – ответила я.
